До встречи в СССР! Империя Добра

В 1983 году издательство «Советская энциклопедия» выпустило последнее в СССР сводное издание по истории Гражданской войны — энциклопедию «Гражданская война и военная интервенция в СССР». Если учесть большой формат и мелкий шрифт основного текста, то можно с уверенностью назвать это 700-страничное издание капитальным. В нём действительно много полноценной и точной информации, в том числе и иллюстративного материала. Так вот, интересно всмотреться в фото и подписи к ним в статье «Интервенция», занявшей в большеформатной книге семь страниц.

Первое фото — явно «постановочное». Оно призвано символизировать мощь Британской империи, а на деле точно выявляет тогдашнюю ситуацию. На фото — эффектный британский «томми» в тропической панаме, в новенькой, «с иголочки» форме, с карабином за плечом, на фоне «леса» бакинских нефтяных вышек и трубопровода с штурвалом крана. Подпись: «Английские интервенты в Баку. 1918».

И далее: фото высадки американских интервентов во Владивостоке в 1918 году; английских интервентов во Владивостоке в 1918 году; японских интервентов у трупов убитых ими русских железнодорожников в 1918 году; военных судов США и Франции во Владивостокском порту в 1918 году; японского броненосца во Владивостокском порту в 1918 году; американских интервентов на Северном фронте; английских интервентов в Архангельске в 1919 году; английских танков в Новороссийске в 1919 году; вывозки награбленного имущества с Украины…

Чтобы читатель лишний раз мог убедиться в правоте листовки ВЦИК, я приведу — для сравнения — строки из книги поэта и художника Максимилиана Волошина «Неопалимая купина», написанной им в 1919 году.

Впрочем, вначале — немного о самом Волошине…

Ещё до революции и даже до Первой мировой войны он, будучи достаточно обеспеченным, поселился с матерью в Крыму, в Коктебеле, — в причудливом доме, выстроенном неподалёку от самого посёлка. В этом доме «Макс» Волошин и жил до конца дней своих, принимая там многочисленных гостей из среды творческой и околотворческой интеллигенции даже в самые острые годы Гражданской войны. Его не трогали ни «белые», ни «красные» — он умел ладить с людьми и в личном плане был человеком безобидным и привлекательным.

Волошин — даром что много философствовал на эту тему — ничего толком не понял ни в Октябре, ни в Феврале. О последнем он даже в 1920 году писал так: «Февральский переворот фактически был не революцией, а солдатским бунтом, за которым последовало быстрое разложение государства». На деле же записать в число серых «окопников» профессоров Милюкова и Ломоносова, князя Львова, думца Родзянко, адмирала Колчака, генералов Алексеева, Рузского и прочих было сложно.