До встречи в СССР! Империя Добра

В ПОЛИТИЧЕСКОМ отчёте ЦК XVI съезду ВКП(б) Сталин летом 1930 года говорил:

Это было сказано не поэтом (хотя Сталин не был чужд тонкого поэтического дара), а политическим лидером. Но то, что он говорил, само просилось в хорошую песню и песней становилось:

Труд наш есть дело чести,

Есть дело доблести и подвиг славы…

Вот такое это было время, когда тезис политического отчёта большевистской партии естественно становился песенной строкой.

Социалистическая революция — революция, утверждающая идеалы Добра, произошла в отсталой — по европейским меркам — стране. Причём в стране, полуразваленной в результате изнурительной и разорительной мировой, а потом гражданской войн.

И вот спустя два десятка лет после Октября, из которых не менее пяти пришлось на Гражданскую войну и окончательную ликвидацию её последствий в виде широкого бандитизма и прочего подобного, Россия не просто обрела грандиозные перспективы, но и в реальном масштабе времени добилась до ошеломления многого. А 5 декабря 1936 года Чрезвычайным VIII Всесоюзным съездом Советов был принят Основной Закон Союза ССР — сталинская Конституция.

«Успехи» страны Ельцина — Путина — Медведева у всех на глазах, и я, как и обещал, ещё скажу о них — в своё время.

А вот успехи СССР Сталина во всех сферах жизни поражали и Европу, и Азию, и Америку. В США — тогда стране умело работающей, а не умело обдирающей как липку остальной мир — сразу же принялись внимательно и въедливо анализировать эти успехи и доискиваться — в чём же их причина? Американцы рассуждали просто и здраво — русским удалось резко поднять показатели производства без резкого повышения оплаты труда. Русские сумели увлечь трудящуюся массу не столько длинным рублём (или там долларом), а всего лишь — в конечном счёте — словами. Что же это за такие волшебные слова, гадали в США.

И пришли к выводам, в общем-то, верным: надо увлечь человека самим процессом труда, так, чтобы именно в ходе этого процесса человек получал моральное удовольствие от него и испытывал гордость за то, что он участвует в этом процессе как умелый и деятельный его работник.

В условиях капитализма подобный способ повышения эффективности труда имел, конечно, ограниченные возможности, но даже капиталисты воспользовались опытом Советского Союза и стали разрабатывать методы морального поощрения трудящихся.

Это было — если иметь в виду привычные доселе нормы — чем-то для капитала совершенно новым. Было осознано, что к рабочим тоже надо относиться как к людям, что у них тоже может быть чувство самоуважения и достоинство. Это был один из впечатляющих результатов русского Октября во внешнем мире. Но так же, как чёрного кобеля не отмоешь добела, так и сделать труд делом чести, доблести и славы капитализму было не под силу.