Доберман

Именно так любящие отцы и общаются со своими детьми, верно?

– Папа, она мне никто. Не хочу я на ней жениться.

Томас подошел к подносу с коньяком и налил себе из фужера в стакан. Там уже лежал лед. Взболтав, мужчина облокотился о спинку софы и хмуро посмотрел на сына. На его костлявых пальцах блестели кольца. Большинство из них были фамильные, очень дорогие и старые.

– Не хочешь на ней жениться, да? А чего хочешь, а? Чего ты хочешь, Адриан? И дальше бегать по кроватям всяких легкомысленных баб, которые падки на твою внешность, харизму и твои деньги? Вместе с Бастлбергами, у которых за душой ни гроша, болтаться коллекторами и запугивать народ? Драться целыми днями и приходить с ссадинами и разбитым носом?

Выслушав это, Адриан довольно кивнул.

Но Томас лишь покачал головой.

– Это грязная работа, собачья. Оставь это им. Ты рожден руководить, мальчик. Они делают, ты приказываешь. И тебе нужна такая же взрослая и умная девушка из благополучной семьи, которая даст тебе статус.

– Ты прав, папочка. И ты думаешь, что эта девушка – Карин Д’юппон?

– Да. Женившись на ней, ты получишь красивую жену, новый большой бизнес и руководящую должность. У вас будет свой дом. Это и есть жизнь, Адриан. Ты окончишь свою Академию. Займешься тем, чем занимаюсь я! Придешь к успеху, для чего и был рожден.

Юноша опустил взгляд в пол. Закусил губу от досады. Отец поставил стакан на поднос и направился к сыну. Оказавшись рядом с ним, Томас положил руки на плечи Адриану и заглянул ему в глаза.

– Ты мой сын, Адриан. И у тебя есть все. Все, что пожелаешь. Это было дано тебе с рождения. Не трать время впустую, распоряжайся им правильно. – Он провел пальцем вдоль подбородка сына, рассматривая его лицо. – Ты моя копия, я растил тебя с рождения. И я лучше знаю, что тебе нужно.

– А мама? – спросил Адриан, найдя в себе смелость поднять глаза навстречу взгляду отца. – Ее мнение не учитывается? Разве она не должна… дать согласие на свадьбу?

– Пощади! – всплеснул руками Томас, отойдя от сына. – Она вообще вся не учитывается. Ты видишь ее рядом с собой? Я – нет. Потому что ей плевать на тебя. Ей плевать на все, кроме своего сына, который тебе не брат вовсе.

Клейн-младший скрестил руки на груди. Он нервничал все больше и больше. Наверное, поэтому его отец и крутится в высоких кругах – он говорит громко, четко, убедительно. Так, что даже при желании не возразишь. Он – оратор.

– Нет, – холодно отрезал Томас. – Думаешь, я не знаю, что вы видитесь по четыре раза в год? Если тебе нравится его общество – умоляю, встречайтесь сколько хотите. Но не родни себя с ним. У вас разная кровь. Разный статус!

– У нас не разный статус! – неожиданно для себя рявкнул Адриан.

Он встал ровно, сжав кулаки и стиснув зубы. Внутри вместо растерянности и стеснения загорелась ярость.