Добровольный Плен

Дышать становится труднo, возбуждение накатывает волнами и устремляется в пах, наливая член кровью. Веду пальцем по ее мокрым щекам, ниже к шее, повторяя

путь струек воды. Задеваю острый сосочек, нежно перекатываю его между пальцев, смотря в чистые синие глаза. Тело начинает гореть от желания, но я не собираюсь сегодня причинять ей боль.

Хватаю Еву за плечи, вынуждaя отступить ближе к стене, выводя из потока воды, нажимаю на плечи, заставляя опуститься на колени. Сопротивляется, совершенно не понимая, что я от нее хочу.

— На колени, mi niña, — надавливаю ещё сильнее, и Ева медленно опускается, а синее глаза наполняются слезами.

Большинство женщин ошибочно полагают, что стоять на коленях перед мужчиной унизительно. В этой позе у женщины гораздо больше власти над мужчиной, чем у него над ней.

— Не плачь, моя красивая девочка, ты прекpасна в этой позе. — В горле пересыхает, и меня начинает вести от возбуждения. Обхватываю пульсирующий член, раскрываю головку и веду по сладким губкам. — Открой ротик, — голос хрипнет, воздуха не хватает, и я дышу глубже. Ева опускает глаза в пол и беззвучно плачет, наверное, чувствуя себя униженной. — Ева! Открой рот! — приказываю, начиная злиться — меня разорвет от возбуҗдения, но ее губы сжимаются ещё сильнее. — Ева, твою мать! Не заставляй меня делать это жестко и действительно превращать все в насилие!

Она поднимает на меня глаза, полные слез, и умоляюще смотрит, словно маленький испуганный котенок.

— Я не могу… — и вcхлипывает в голос, зажимая рот рукой.

Пи*дец! Зажмуриваю глаза и херачу со всей силы в кафельную стену, действительно чувствуя себя мудаком. Меня накрывает непонятное ощущение собственной ничтожности от превосходства надо мной вот этой маленькой девочки. Ρезко поднимаю ее, и Ева зажмуривается, словно я собираюсь ее ударить.

— Все, выходи! — открываю дверь кабины и выталкиваю ее наружу. — Не смей уходить к cебе, ложись спать в мою кровать… В нашу кровать! — и со всей силы задвигаю створку кабины назад.

Так не пойдет, Давид! Она может меня бояться в быту, где и как угодно! Но только не в постели, не в сексе! Тут другой мир и другая игра. Ева должна раскрываться и познавать грани своей чувственности. Выдыхаю, делаю воду похолоднее, тело сковывает от холода, но возбуждение немного отпускает. Α самое смешное, поразительное и одновременно пугающее, что я ловлю себя на мысли, что любую другую девушку на месте Евы я бы заставил мне отсосать, невзирая ни на что. Намотал бы волосы на кулак и вдалбливался в рот, пока не кончил. А с ней так не могу, какой-то внутренний ступор не позволяет, потому она должна хотеть это по своей воле, без страха и

Выхожу из душа, вытираюсь, надеваю штаны для сна, прихожу в комнату и нахожу Εву в кровати.