Карамазов. Книга 3

У меня было подозрение, что Белова была из простых, потому как иногда в ее речи проскакивали определенные словечки свойственные прстолюдинам. Но спрашивать об этом у Виктора я не стал. Он умел решать свои проблемы сам и если понадобилось бы, то обратился ко мне с этим.

Я же пытался искать последнего Хранителя, и целыми днями пропадал в кабинете Федора. Но то ли вредный дед ничего не знал о Хранителях, то ли решил не оставлять никаких подсказок для внука. Во всяком случае, ни в одном из его дневников или записей я не нашел упоминаний о Хранителях.

Часто компанию мне составляла Юсупова, которая помогала разбирать архивы. Причем, как оказалось, девушка чувствовала силу объектов коллекции. Да и объекты первое время реагировали на ее присутствие. Но девушка не обращала никакого внимания на Зов. Хотя иногда она подходила к стендам и, склонив к плечу голову, рассматривала коллекцию. В такие моменты она будто бы превращалась в статую. А ее взгляд становился пустым и отстранённым. Словно бы Юсупова была не здесь, а где-то далеко. Порой я трогал ее за плечо, чтобы привести в чувство. Девушка вздрагивала и рассеянно уточняла, чем может быть полезной. И от этой картины мне становилось не по себе. Так прошел месяц.

Однако Хранитель был по-прежнему далёк от меня как луна.

— Мастер Алексей?

Я оторвался от чтения бумаг и посмотрел на стоявшего в дверях дворецкого.

— Как продвигаются поиски? — поинтересовался слуга.

— Никак, — честно ответил я. Откинулся на спинку кресла и потер ладонями лицо, чтобы взбодриться.

— Вам нужно больше отдыхать, — посоветовал Мэйхем.

Я покосился в зеркало. В отражении на меня смотрел уставший мужчина. Бледный, осунувшийся, с темными кругами под глазами. Вся эта картина больше напоминала вампира. Если бы они умели отражаться в зеркалах. И устало ответил:

— Кристина Михайловна говорит то же самое."

"— Прибыл курьер от семьи Муромцевых, — слуга прошел к столу и положил передо мной запечатанный конверт.

Я взял его, повертел в руках. Прочитал надпись:

""Моему дорогому другу Алексею Карамазову. Приглашение"".

— Боюсь, сейчас не время для подобных мероприятий, — ответил я и бросил конверт на стол.

— Вы месяц не покидали территорию особняка, — напомнил дворецкий. — Боюсь, что если вы не явитесь на это мероприятие, в обществе пойдет слух, что вы умерли. Или что ещё хуже — начали вести затворнический образ жизни. Что скверно скажется на акциях наших предприятий.

Я задумчиво побарабанил пальцами по столу и протянул:

— Может быть, ты и прав.

Идея была хорошей. Тем более, что мне не давала покоя мысль о корпусе бесоборцев. Может быть, получится узнать у Виктории Ильиничны хоть что-то на эту тему. Заодно и отвлекусь от забот.

Взял из подставки нож для бумаг, вскрыл конверт.