Доктор 2

В отличие от местных, там рефлексы были двух уровней: у людей. И у общества.

У местных рефлексы общества отсутствуют. По крайней мере, здоровыерефлексы общества. Я это давно понял.

В отличие от местных, мне не нужно ломать голову, что делать в этой ситуации. На это есть стандартный, единственно правильный рефлекс.

С полсекунды перебираю варианты: идти обычным путём или дать шанс, в соответствии с правилами этого общества.

Через полсекунды неконструктивно решаю: пусть будет шанс.

«Отпускаю» ноги из зажима на доске для пресса, совершая, вернее, завершая кувырок назад, чтоб встать на ноги.

До них — пятнадцать шагов.

Они меня увидели. Иду навстречу.

— Стали на колени, руки за голову, — произношу достаточно громко, чтоб они услышали.

— О, гля! — удивляется первый.

— Он же ж всё пропас! — говорит второй.

— Ну и… — машет рукой третий, и они направляются навстречу мне.

— Стали на колени, руки за голову. Я предупредил. — я уже вижу, что действовать в соответствии с местными правилами было неконструктивно. Но, как говорится, если зарядил — стреляй. — Три. Два. Один. — добросовестно заканчиваю своё предупреждение.

Счёт «один» приходится на тот момент, когда нам друг до друга остаётся около двух метров.

Они берут меня в полукольцо, вероятно, полагая это успешной тактикой. Тот, который размахивал руками, пытается без затей схватить меня пальцами за гортань.

Второй приготовил за спиной какой-то свинокол, думая, что я его не вижу. И сейчас решил, что самое время продублировать усилия первого.

Ну, если так ставят вопрос…

Смещаюсь чуть в сторону так, чтоб первый и второй закрывали от меня третьего.

Ближайшего — виском о железную трубу лабиринта — есть хруст. Конвульсии ещё падающего тела. Жаль, нельзя полюбоваться второй раз. Минус один.

Второй оказывается самым быстрым и пытается перфорировать меня своим свиноколом, но не с его зрением и темпом воевать в темноте. Двумя шагами влево-вправо обхожу его по дуге и ударяю ногой назад, в его поясницу. Его грудь встречается с перекладиной лабиринта, шок, у меня время есть. Ножа, правда, он из рук не выпускает. Вернее, какого-то шила, переделанного из отвёртки.

Третий, видимо, ещё не включился. Ему без затей бью в кадык. «Подключаясь» к его нервной системе, усиливаю скорость формирования отёка. Резервов его организма на это не жалею. Они ему больше не понадобятся. Секунда. Есть. Отёк.

Минус два, пусть он пока и царапает переставшую пропускать воздух снаружи гортань. Счёт на секунды. А интубировать его тут просто некому. Вернее, есть кому, но я не буду.

Со вторым всё просто. Он сам загоняет свою отвёртку себе в глаз. Своей рукой, которую я держу.

Бросаюсь на колени. Девочка жива. Относительно здорова. Её нокаутировали, но переломов нет.