Долгожданный любовник

— Позволь мне позаботиться об этом…

Он наклонился и потянул к себе полу халата.

— Ну же. Позволь показать, на что я способен.

Блэй схватился за удерживающий вместе две половинки халата пояс, и потуже его затянул.

— Какого черта ты творишь?

Боже, то, что он стоял на коленях и умолял, казалось таким правильным.

— Я хочу быть с тобой. Мне похер почему… просто позволь быть с тобой…

— Спустя все это время? Что изменилось?

— Нет. Я буду повторять это столько раз, сколько тебе потребуется, чтобы услышать: я не с ней.

— Раз. Я был с ней всего раз, и, как уже говорил, только потому, что я, как и она, хочу семью.

Один раз, Блэй, и никогда больше.

Блэй уронил голову, закрыл глаза, чувствуя себя так, словно кто-то засаживает ему щепки под ногти.

— Не делай этого со мной. Ради бога, ты не можешь этого сделать… — Его голос затих. В тоске отражалась вся печаль понимания вызванных Куин проблем. — Почему сейчас? Может, так ты хочешь отплатить Сакстону…

— В пизду моего кузена. Это не имеет к нему никакого отношения. Если бы ты был один, я бы по-прежнему стоял на коленях на этом ковре, желая быть с тобой.

Если бы у тебя была пара, или погряз в случайных связях и подобное дерьмо, или побывал в миллионе разных мест в жизни… я бы по-прежнему стоял здесь. Умоляя тебя хоть о чем-то… о чем угодно… об одном разе, если это все, что ты можешь мне дать.

Куин снова протянул руку вперед, забрался под халат и принялся ласкать длинную, мускулистую ногу… и когда Блэй отступил снова назад, понял, что проиграл эту битву.

Дерьмо, он потерял этот шанс, если только…

— Послушай, Блэй, в своей жизни я совершил много всякого дерьма, но я всегда признавал это.

Я едва не умер сегодня… и это сделало меня сильнее. Там, в самолете, глядя в непроглядную ночь, я не думал, что смогу долететь. И для меня все обрело ясность. Я хочу быть с тобой.

На самом деле, он понял это задо-о-о-олго до ситуации с самолетом, но надеялся, что это объяснение дойдет до Блэя.

И, похоже, оно сделало свое дело. В ответ, парень качнул ногой, словно собирался сдаться… или уйти. Невозможно было предугадать, что именно было у него на уме.

Куин снова заговорил:

— Прости, что понадобилось столько времени… и если ты не хочешь быть со мной, я пойму.

Я отступлю… и смирюсь с последствиями. Но ради любви к Богу, если есть шанс… по любой причине с твоей стороны — месть, любопытство… черт, даже если позволишь мне трахнуть себя всего только раз и больше никогда-никогда снова, а платой за это окажется то, что мне придется вогнать кол себе в сердце? Я приму это условие. Я приму это… и все то, что ты мне предложишь.

Он потянулся к Блэю в третий раз, обняв дрожащей рукой ногу Блэя. Поглаживая. Умоляя.