Долгожданный любовник

Быстрый взгляд на стоящие на тумбочке часы, и осознание, что до появления бойцов совсем мало времени.

Нужно действовать быстро.

Нырнув рукой под простынь, спустив ее по своему телу, он обхватил член…

Кор зажмурился и застонал, его тело выгнулось от жара и нужды, поднимавшихся снизу. Когда подушка приблизилась, чтобы поприветствовать его щеку… хотя по логике — та была совсем с другой стороны — он предположил… он начал дрочить вверх и вниз.

Восхитительно. Особенно сверху, там, где туповатая головка его члена молила о внимании и получала его при каждом поглаживании. Быстрее.

Вообще-то, ее образ делал больше, чем сам Кор там, внизу. А когда ощущения лишь усилились, он впервые понял, почему этим так часто занимались его солдаты. Так хорошо. Очень-очень хорошо…

Ох, как же его женщина была прекрасна. До такой степени, что, невзирая на силу того, что он с собой делал, Кор не отвлекался от ее образа. Вместо этого, она стала для него четкой до боли — от ее светлых волос до алых губ и хрупкой шейки… целиком, все это длинное, изящное тело, которое одновременно было спрятано и открыто тем чистым белым одеянием, что она носила.

Каково это быть желанным таким созданием? Касаться ее священного тела, как достойный мужчина…

В этот самый миг его вновь придавила, будто физический вес, реальность ее беременности. Но, было уже слишком поздно. Хоть его сердце и застыло, а в груди от осознания того, что она приняла другого, поселилась тупая боль, его тело продолжало свою развлекательную поездку, концовку было также невозможно остановить как…

Пронесшийся по нему оргазм заставил его закричать… и спасибо Судьбе за подушки, словившие крики его поражения, потому что в этот самый миг, там внизу, он услышал, как по дому заходили первые из его солдат; барабанный бой их солдатских ботинок — грохот, в котором нельзя ошибиться, он узнал бы его где угодно.

Последствия его освобождения были дерьмовыми на стольких уровнях, что и не счесть. Он повернулся на свое поврежденное плечо; все — его руки, живот, а заодно и простыни были в сперме; прекрасное видение исчезло из его головы, оставляя за собой лишь неприглядную реальность.

Боль пульсировала внутри, как свежая рана.

Что ж, по крайней мере, с другой стороны, никто бы о ней не узнал.

В конце концов, в первую очередь он был солдатом.

— Да, конечно же, ты можешь с ним повидаться. Он под действием лекарств, но в сознании.

Когда док Джейн ему улыбнулась, Куин повыше подтянул на бедра кожаные штаны и заправил в них майку. Однако удержался от приглаживания шевелюры, заставляя руки оставаться по сторонам, несмотря на то, что ладони просто чесались так сделать.

— С ним все будет в порядке?

Доктор кивнула, начав развязывать болтающуюся у нее на шее медицинскую маску.