Дом для Гвидона

Дарину провели через два коридора, заваленных ведрами со шпаклевкой и рулонами обоев – «у нас ремонт, извините!» – и усадили на табуретку на огромной светлой кухне. Предложили чай с травами и теплые плюшки-завитушки, слойки, посыпанные сахарной пудрой. Гролар занял одну из табуреток, собираясь присутствовать при разговоре. Дарина это мысленно одобрила: увеличивался шанс получить разные ответы на один и тот же вопрос. Получить зацепки для раздумий.

Медвежонок явился на кухню, уселся на пол, не сводя с Дарины взгляда. Медведица Вартуша забеспокоилась, объяснила:

– Вы его извините. Он раньше шакалов не видел. Вы ему понравились – особенно ваш чепрак.

Дарина улыбнулась, поправила:

– Я не шакалица. Я шолчица. Мой отец – степной волк.

– Извините, – растерялась Вартуша. – Ребята сказали, что шакалица.

– В общем-то, это неважно. Я просто уточнила.

Медвежонок осторожно положил лапу на ботинок Дарины.

– Если родители разрешат, я зайду к тебе, когда перекинусь. Мне надо пробежаться, обследовать гаражи, но лишних пятнадцать минут ничего не изменят.

– Все еще ищете машину? – спросил гролар.

– Да, – общеизвестную информацию Дарина не скрывала. – У меня острый нюх, я могу почуять трехдневный след. Если его не засыпали перцем и не залили бензином.

– Заходите, когда удобно, – отодвигая медвежонка от ботинка, сказала Вартуша. – Мы с Тишей сейчас все время дома. Я ни в библиотеку не выбираюсь, ни в развивающий кружок его не вожу. Тяжело.

– Договорились, – снова улыбнулась Дарина. – Пока буду здесь – постараюсь заглядывать. Но это ненадолго. Думаю, что нас выдернут по оповещению. Я не верю, что подозреваемый побежал, куда глаза глядят. Наверняка где-то есть вторая квартира или волчица, которую он регулярно навещал – чаще всего бывает именно так.

Разговор пошел бодрее – медведи начали ее убеждать, что Гвидон жил на виду, без тайников и волчиц. Воровство плакатов из «Уголка позора», рыбалка, караси, посиделки с подполковником Розальским, семейные обеды у Светозара. Нет, никуда не исчезал – все всегда знали, на рыбалку Гвидон едет или в бордель. Или навещает Владу. Нет-нет, Влада – жена погибшего сослуживца из Лисогорска. Они регулярно туда ездили вместе со Светозаром, отвозили подарки ребенку, помогали что-то сделать в доме. А здесь Гвидон всегда ходил со своей маленькой стаей, проводил вечера в блинной.

Дарина несколько раз возвращала разговор к вдовой Владе из Лисогорска, так и не нашла серьезной зацепки и начала задавать вопросы наобум – «играл ли в карты, были ли резкие перепады настроения, не казалось ли, что его кто-то шантажирует?». Ответы были отрицательными, она поняла, что зря теряет время, и решила откланяться.