Дорога к счастью (СИ)

Поэтому король заботится о том, чтобы никто не мог воздействовать на его генералов, поэтому у Имруса нет шанса когда-нибудь оставить службу и спокойно доживать свой век вне королевского надзора. Поэтому его можно либо казнить, либо оправдать, но об этом знали только генерал, такие же ответственно-доверенные лица, как он, и сам величество.

Дознаватель вёл своего пленника служебными переходами в сторону бального зала, и когда Имрус догадался, что всё же сможет увидеть и коснуться Златы, они свернули и вышли на технический балкончик, с которого можно лишь сверху наблюдать за обществом. Боковые колонны прикрывали их от взглядов сидящих в конце зала лэр, а те, кто танцует, не будут смотреть наверх, чтобы не проявлять невежливость по отношению к партнёру.

Имрус с жадностью высматривал Злату, но её не было среди танцующих.

— Не ваша ли супруга кокетничает с молодыми лэрами высшей линии? — с усмешкой спросил дознаватель, показывая в сторону небольшого оживлённо беседующего кружка, состоящего из практикантов генерала и Златы.

Она что-то рассказывала, а бывшие стажёры смеялись и привлекали к себе внимание всех лэров. Заиграла новая музыка, и кружок из молодёжи разбил подошедший канцлер короля. Все склонились, а он пригласил танцевать Злату и она, нисколечко не смущаясь, закружилась с ним.

Если бы девушка услышала о себе, что она «кружит в танце», то ей стало бы смешно. Кавалеры в основном едва касались своих дам и чаще придерживали их за длинный рукав, а кружение происходило очень медленное и больше походило на переход с места на место по кругу.

Имрус видел, что на губах Златы играла лёгкая улыбка, а канцлер был заинтересован разговором с нею. Они танцевали и, сопровождаемые завистливыми взглядами с женской и мужской сторон, вели непринуждённую беседу.

Холод пополз по его груди, больно сжимая сердце. Он не удивлён, что она заставила канцлера заинтересоваться ею, что тот улыбнулся ей в ответ и с любопытством разглядывает её, но Имрус не мог на это смотреть. Она его лучик, его свет и радость, и ему хотелось в это верить; он желал бы даже обманываться, но его глаза неотрывно следили за нею, и он видел, что ей доставляет искреннюю радость разговор с канцлером; что она даже чуть склоняется к нему; а когда она сама коснулась его плеча, то ему показалось, что он умер.

Дознаватель следил за реакцией генерала и когда тот, вцепившись в перила, не сводил глаз со своей жены, он позволил себе торжествующе улыбнуться. Нельзя женщин настолько любить, чтобы забывать о себе!

Пусть его подопечный убедится, что она не стоит его защиты и перестанет прикрывать все детали произошедшего.