Дорога к счастью (СИ)

Злата подошла к генералу и хотела коснуться его груди, провести по ней рукой и мягко сказать:

«В следующий раз милый», — но, пожалуй, стоит ограничиться словами, без всяких вольностей, а то он накинется на неё и всё испортит.

— Имрус, — тихо обратилась она к нему, — сегодня был странный, я бы сказала замечательный день, но я валюсь с ног. Я очень устала… ты понимаешь?

— Понимаю, Талейта. Я никогда не буду тебя неволить. Единственное моё желание, чтобы ты улыбалась и была счастлива.

— Спасибо, Имрус. Если я буду счастливой, то поделюсь этим чувством с тобою.

Она скрылась в своей комнате, стянула головной убор и разобрала замысловатую причёску. Зачем крутить кренделя на голове, если их никто не видит?

При слабом освещении волосы казались чёрными, а кожа белоснежной. Злата нашла тонкую ночную рубашку, переоделась и подошла к зеркалу. Сложно поверить, что истинная хозяйка этого тела дважды рожала. У Златы возникло к ней очень двоякое отношение. Чувствовалась сила характера, воля, но всё это как будто было пропущено через кривые зеркала.

Для настоящей Талейты муж и дети были в тягость. Мальчики получились маленькими копиями генерала, и так же, как он, постоянно требовали её внимания. Она считала дни до свободы. Взгляды мужа и сыновей, наполненные любовью и ожиданием ласки, сводили её с ума. Они все её мучители, они испоганили ей наполненную светом жизнь, но почему-то ждут, что она будет их любить!

Злата покачала головой своему отражению, осуждая и жалея свою предшественницу. У той всё было, но она ничего не смогла оценить, мечтая о другой жизни. Лэре хотелось купаться в восхищённых взглядах, наслаждаться обожанием поклонников, самоутверждаться перед соперницами. Жизнь, по её мнению, должна кипеть и бурлить!

Давно ли Злата сама стала умной? Да и поумнела ли? Вздохнув и думая о сюрпризах бытия, она забралась в постель и уснула. Ей снилось оставшееся на Земле тело, занятое благородной лэрой Талейтой, в пошарпанной квартирке с обмотанной мокрым полотенцем головой и фингалом под глазом. Она, злобно шипя, металась по кухне и грозилась всеми карами по отношению к Владиславу и его приспешникам.

— А ты его по судам затаскай! — невольно вырвалось во сне. Мечущаяся лэра остановилась и криво оскалившись, как-то буднично сообщила:

— Никто не смеет поднимать руку на наследницу рода Эйш!

Спящей Злате стало спокойно. Владиславу удалось её сломать. Она оказалась не готова к столь вероломному предательству, и он её морально раздавил, но сейчас он получил вместо жертвы высокомерную лэру. Если у неё осталась Златкина память, то она выстоит против бывшего. Она цельная и ошарашит Владислава бешеным отпором, которого тот уже не ожидает.