Дорога на две улицы

(Господи! Провались все пропадом! Вместе с этой помадой и этими духами!)

Надевала шубу и сапоги, а в это время в коридоре плечом к плечу стояли две ЕЕ старухи. Следящие за каждым ее шагом, за каждым действием. Внимательно, осторожно, тревожно. И с огромной любовью на усталых, измученных и морщинистых лицах.

Две ее старухи. Все, что осталось у нее в жизни.

Письмо на электронку пришло от Машки через два месяца. Письмо короткое, без подробностей:

«Леля! Прости! Не нашла смелости посмотреть тебе в глаза и озвучить всю правду. Потому что если бы наш разговор состоялся глаза в глаза, я бы никогда не смогла этого сделать. Прости и не осуждай! Если сможешь! Дело тут вовсе не в Ирке – она для меня чужой человек. Кстати, не такой плохой, как все вы думаете! Дело тут В ШАНСЕ. Который дается один раз в жизни. В Москве, несмотря на то что все меня (с самого детства) считали почти гением, ну или очень способным человеком, у меня ничего не получилось. Все коту под хвост, все не так. И на работе, и в личной жизни. Попробую здесь. Здесь, как считается, нужны только острые мозги, усилие воли и «каменная» задница. Тогда можно всего добиться. А когда еще есть и деньги и связи, которые никто не отменял!..

И еще есть Арсюха. Огромный дом, где у него три комнаты! Лично его, представляешь? Есть бассейн, площадка для гольфа, теннисный корт. Да! И лошади! Своя конюшня! Это, по-моему, привлекает его больше всего! И экзема у него прошла, представляешь! От солнца, океана, воздуха и продуктов! Еще у него англоговорящий, как ты понимаешь, воспитатель. Арсений целыми днями в конюшне и в бассейне. Спит так крепко, как не спал никогда. И ни разу, представь, не случилось ночного конфуза!

Еще раз попытайся меня понять. И простить. Хотя знаю, как тебе будет непросто. Решай сама, говорить Леночке всю правду или как-нибудь… Ну, ты понимаешь! Всем им привет – и Леночке, и бабуле.

Не сомневайся – я вас всех очень люблю. И все-все помню! Я не такая дрянь, как вы думаете. Хотя имеете на это право.

Просто я, как оказалось, большой и мерзкий трус. Ваша Машка. Как всегда – рассчитывающая на ваше великодушие!»

Она ответила. Всего три слова: «Желаю тебе счастья».

Больше ничего. Слишком больно.

На этом переписка закончилась.

Елена в придуманную сказку верила лишь вначале. Потом словно впала в ступор – как после смерти Бориса. Днями не вставала с постели и молчала. Ольга с Гаяне уговаривали ее поесть, принять душ и посмотреть телевизор.

Она просила оставить ее в покое и закрыть дверь в ее комнату.

– Надо сказать правду, – наконец сказала Гаяне.

Довод такой – неизвестность хуже всего. Мысли разные и страшные. Думает о самом плохом. Лучше эта правда, чем ее ужасные домыслы.

И Ольга решилась. Рассказала все и показала Машкино письмо.