Дорога на Север

 — Я не знаю, к чему вы придете с Ро, но я могу попросить тебя об одолжении?

— Я прошу тебя не рубить с плеча. Да, теперь ты другая и это связывает тебя с…хм… Марком. Но это не повод вычеркивать сына из твоей жизни. Может, вы сможете все исправить.

— Мерелин, я с трудом представляю себе решение этой загадки. Если верить Марку, я не смогу выжить далеко от него, но Рохан…. Он не примерится жить рядом с вампиром.

— Откуда ты знаешь? Ты спросила его об этом?

— Нет, я просто знаю. — Понуро буркнула я.

— Нет, детка, не знаешь. Росс никогда не любил, и ты сломала эту крепость и поверь мне, теперь ради тебя он готов на многое, только дай ему стимул, не отталкивай.

— Это все эмоции. — Отмахнулась она. — Да, Марк не выносим, но и он теперь нуждается в тебе и будет идти за тобой, куда бы ты ни последовала.

— Вы предлагаете мне… Быть в троем? Мерелин! Я ничего не испытываю к Марку! — Она покачала головой:

— Начнешь. Мне сложно представить насколько сильна эта тяга у истинных. Но даже сегодня, ты едва не слетела. — Она не смотрела с укором, скорее понимающе, что этому сложно сопротивляться. — И не нужно брать всю вину на себя! Парни виноваты, а не ты! Так что не стой межу двух огней и не рвись на части! Пусть договариваются между собой!

Я сидела с открытым ртом.

Нет, такие отношения были не исключением, особенно в правящих семьях, где браки имели скорее политические ценности, нежели имели какие-то чувства. Но и в обычных семьях случалось такое. Особенно в послевоенное время, когда было мало мужчин и женщин и они жили большими семьями, что бы поскорее восполнить демографию. Но сейчас, в мирное время это казалось мне нонсенсом. Но в словах свекрови были доли истины.

— Обозначь Марка как младшего мужа. И он никуда не денется и будет ему урок как кусать замужних дам! — Она воинственно вскинула руки. — Я верю, Росс не будет долго дуться, в конце концов, он понимает, что это не твоя вина и вряд ли так легко сдастся.

— Я подумаю над вашими словами.

— Подумай. Хорошо подумай. — Она поднялась и спиной направилась к двери, поспешив к выходу. — А я пока предупрежу парней!

— Мерелин! — Крикнула я, но свекрови и след простыл.

Она даже не дала мне подумать! Вот ведь женщина!

Мое личное заточение, в которое я сама себя заключила, продлилось без малого три дня. Каждый день мне приносили чашку с кровью Марка, но сам вампир не искал встречи и за прошедшее время ни разу не явился, что может, было и к лучшему.

Рохан тоже не приходил. Иногда я слушала, как стучат его сапоги за дверью и как громко бьётся сердце, но он не решился даже постучать, и, постояв минуту-две, уходил, тяжело вздохнув.

Вампирский яд усвоился в моем организме как родной, смешавшись с магией банши в полной мере.