Дорогое удовольствие

Во-первых, это возможность хотя бы частично скрыть от Пеплова свою зареванную физиономию, а, во-вторых, есть вероятность, что где-то там завалялись бумажные платочки.

– У меня времени в обрез, – включая режим строгости, произносит Антон. – Либо ты сейчас выкладываешь все, как есть, либо разговор придется отложить на неопределенный срок.

– Почему? – фальцетом пищу я.

– Сегодня вечером я снова улетаю в Москву, – сухо информирует он.

Мой рот непроизвольно вытягивается в удивленном «о». В последние месяцы Пеплов прямо-таки зачастил с поездками в Москву – летает чуть ли не каждую неделю. Правда ненадолго, на один-два дня, но все же. Интересно, какие у него там дела? Надеюсь, не личного характера?

– Так что у тебя стряслось, Камила? – в голосе Антона слышится нетерпение.

– Я… У меня… В общем, у меня проблемы с одним преподом в универе, – решив не нервировать парня неуместной скрытностью, признаюсь я. – Он меня ненавидит, и, кажется, я не получу допуск к его экзамену. Последнюю контрольную я пропустила из-за болезни, а он отказался дать мне возможность ее переписать.

– Фамилия? – требовательно спрашивает Пеплов.

– Преподавателя, – цедит Антон.

– А… Москвин. Москвин Арсений Харитонович, – отвечаю я, хотя не совсем понимаю, зачем Антону сдалась его фамилия. – Он старый и занудный, завкафедрой математического анализа, помнишь такого? С самого первого дня меня невзлюбил. А еще один раз был такой случай: я вышла к доске и…

– Я тебе понял, Камила, – прерывает меня парень, не дав договорить. – Поверь, недопонимание с преподавателями – не повод для слез. Иди умойся, приведи себя в порядок и продолжай работать. В конце дня зайди в кадровый отдел и оформи отпуск перед сессией, чтобы спокойно подготовиться к экзаменам.

– Не знаю, будут ли у меня эти экзамены, – горестно вздыхаю я, вспоминая злобное лицо Москвина.

– Пока меня не будет, по всем горячим рабочим вопросам обращайся к Антюжеву, – проигнорировав мое нытье, инструктирует он.

– А… Ты что, надолго уезжаешь? – ошарашенно уточняю я, забыв о том, что в офисе положено обращаться к Антону на «вы».

– Пока не знаю, – отзывается он, глядя на модные наручные часы. – Возможно, до Нового года, возможно, чуть дольше.

– Ого, – тихо выдыхаю я, чувствуя, как сердце ухает в пятки.

До Нового года еще почти целый месяц. Неужели Пеплов действительно уезжает на такой длительный срок? А как же все его неотложные дела, переговоры, бизнес? Как же я, в конце концов?

– Но по личным-то вопросам можно тебе звонить? – натянуто улыбаюсь я, стараясь не выдавать своего расстройства.

Мне обидно, что он сообщает о своем отъезде вот так, между делом, будто это какая-то мелочь, не требующая внимания. А для меня, между прочим, это целое событие. И не самое приятное, надо сказать.