Дорогое удовольствие

Лицо Антона как всегда сурово и бесстрастно, и, даже знакомясь с новыми людьми, он не расщедривается на улыбку.

Впрочем, Петр Павлович Савченко (именно так назвался мужчина с цепочкой на шее) отплачивает ему той же монетой. По нему прям видно, что он не на посиделки с друзьями пришел: глаза смотрят чересчур прямо и даже с вызовом, поза говорит об ощущении всевластия, голос вибрирует устрашающими нотками.

А вот парень в очках по имени Алексей Никифоров, напротив, заискивает перед Пепловым: долго и интенсивно трясет ему руку, называет его по имени отчеству и неестественно широко скалится в ответ на явно формальное заявление Антона о том, что он рад встрече.

Когда Пеплов с Антюжевым садятся напротив разномастного трио, я, стараясь держать спину ровно, раскладываю перед собравшимися папки с документами, а затем предусмотрительно интересуюсь, не желают ли они выпить чая или кофе. Мужчины отрицательно качают головами, и я, получив короткий кивок Антона, занимаю свое место в углу переговорной.

Поначалу разговор мужчин протекает довольно заурядно и шаблонно. Они обсуждают тему строительства, оперируя непонятными мне терминами и цифрами. Но вскоре, когда речь заходит о деньгах, атмосфера в помещении накаляется.

– Наша цена – девятьсот девяносто пять миллионов, – ровным голосом заявляет Пеплов.

– Дорого, – Савченко ведет подбородком в сторону, напрягая шею. – Сметная стоимость гораздо ниже. Нашел тут дойную корову!

– За меньшую сумму мы не работаем, – все так же твердо говорит Антон. – Вы можете обратиться к другой фирме, сэкономить пару-тройку миллионов, получить неудовлетворительный результат и встрять в длительные разборки с государственными органами. Вам не впервой.

– Что значит не впервой? – с явным наездом изрекает Савченко, подаваясь вперед и упираясь локтями в столешницу. – Поясни.

– Поясняю, – Антон в точности отзеркаливает его движение. – Транспортная развязка под Краснодаром, срок сдачи – апрель прошлого года. В результате ненадлежащего монтажа балок произошло транспортное происшествие с жертвами. Судебная тяжба по этому делу продолжает по сей день, и, по моим предположениями, ваши убытки уже составили более трех десятков миллионов.

Повисает некомфортная тишина, и я прям кожей чувствую, как воздух в помещении сгущается. Резко повернув голову, Савченко вгрызается недобрым взглядом в Марата, который в эту секунду кажется немного растерянным. Видимо, предполагалось, что данными сведениями Антон обладать не должен.

– Сейчас мы хотим получить сто пятьдесят миллионов первым траншем до начала работ, двести восемьдесят пять миллионов в день процентовки и пятьсот шестьдесят миллионов после сдачи объекта, – продолжает Пеплов, глядя на Савченко.