Дорогое удовольствие

– Тебе следует думать о том, чтобы приятно было мне! – шипит разгневанный мужчина, обдавая меня парами алкоголя вперемешку с дорогим парфюмом.

Он мне противен. На физическом уровне. Я не могу с ним спать, не могу быть его содержанкой, даже за одним столом находиться больше не могу!

– Извините, но мне пора, – порываюсь встать, но грубое давящее движение на плечи вновь пригвождает меня к дивану.

– Сидеть! – рявкает он, повышая голос. – Куда ломанулась? Я тебя не отпускал!

– Я хочу уйти! – выпаливаю я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Отпустите!

Вновь предпринимаю попытку подняться на ноги, но Виктор властно хватает меня за волосы, с силой притягивая мое лицо к своему.

– Никуда ты, блядь, не пойдешь, пока я не разрешу! – мутные глаза наливаются кровью. – Поняла?

Бегло скольжу взглядом по гостям ресторана, по официантам, стоящим у барной стойки, и с ужасом осознаю, что они прекрасно видят его хамское отношение и грубость, но предпочитают не вмешиваться. Им проще сделать вид, что ничего не происходит, чем войти в открытую конфронтацию с таким влиятельным и зажравшимся типом. Каждый думает только о себе. Всем плевать на несправедливость, творящуюся вокруг.

– Убери руки! – обхватываю его мясистое запястье и с силой пытаюсь отодрать от своей головы.

Затылок тут же схватывается острой обжигающей болью, но на адреналине я почти не предаю ей значения. Сейчас мне во что бы то ни стало нужно высвободиться из мерзких щупалец Виктора. Если уж он в первые двадцать минут знакомства умудрился смешать меня с грязью, то что же будет дальше?

Однако негодяй и не думает ослаблять хватку. Наоборот, подключает к атаке вторую руку и жестко цепляет мой подбородок, заставляя смотреть на себя.

– Еще хоть звук издашь, и я выебу тебя прямо в толчке, сука спесивая! И ты за это ни гроша не получишь!

Убедившись, что я уловила смысл его слов, он брезгливо морщится, а затем, опуская ладони, размашистым движением направляет мое лицо в спинку дивана. Следуя заданному направлению, я впечатываюсь щекой в мягкую обивку и больно прикусываю язык.

Вновь вскидываю глаза и натыкаюсь на сочувственное лицо девушки-хостес, которая радужно приветствовала меня, когда я только пришла в этот роскошный гадюшник. Однако стоит нашим взглядам пересечься, как она торопливо отворачивается в сторону, мол, моя хата с краю, ничего не знаю. Сама заварила кашу – сама и расхлебывай.

Этот обнаглевший ублюдок только что применил ко мне физическую силу. Унизил. Оскорбил. Причин боль. И никто ничего ему не сказал. Никто не вступился за меня.

Вот вам и цивилизованное общество, господа.

Поняв, что ситуация выходит из-под контроля, я решаю идти в ва-банк. Хватаю первую попавшуюся под руку тарелку и с бешенной экспрессией запускаю ее на пол.