Достойны ли мы отцов и дедов

Не могу я за всех болеть, уж слишком все серьезно, а время уходит. Я тут к немцам двух предателей отпустил, они как раз слышали, что мы в Каштановку уходим, что у нас там склад боеприпасов и оборудования и нас от туда заберет самолет. Так что, думаю, вас ловить не будут. Да и мы тут в стороне пошумим.

— Я понимаю. Когда уйдешь?

— Сегодня вечером со своими.

— У меня одна просьба.

— Помнишь сержанта Демина, он еще со мной приезжал.

— Да помню, мордастенький такой.

— Да вот видел, как сука сам сдался в плен к немцам. И меня сдал. Если будет возможность найди и накажи гада.

— Тут обещать не могу, если будет такая, возможность от тебя передам привет.

— Это достаточно. Спасибо тебе.

Мы пожали друг другу руки и разошлись. Чистяков стал прибирать отряд к рукам и готовить к маршу. А я, собрав свою группу, стал проводить инструктаж по поводу дальнейших действий.

На небольшой полянке похоронили погибших, в том числе и Супонина. Пленных немцев по тихому прирезали и закопали подальше в лесу, пользы от них никакой уже не было.

Мы ушли по тихому ни с кем не попрощавшись, такова специфика, уйти незаметно. На нас еще выполнить обещание пошуметь в стороне и дать Чистякову с бойцами спокойно покинуть этот район.

АГС-17 из-за отсутствия боеприпасов уже был не нужен, поэтому его разобрали и решили тащить за собой к порталу возле деревни Запрудье. Так же с собой забрали использованные тубусы от одноразовых гранатометов. Маршбросок в темноте с использованием приборов ночного виденья выдался не легким, но к утру группа вышла к местам боев, где раньше держали оборону части 747 стрелкового полка. Последние метров пятьсот пришлось преодолеть с большим трудом, так как территория еще могла быть заминирована и испещрена окопами и воронками от взрывов. Эвакуация в портал прошла практически без проблем. Связавшись по радиостанции, получили подтверждение об открытии портала, увидев инфракрасный фонарь, который выкинули из портала для обозначения портала. Забравшись по стремянке, оказались в такой знакомой комнате с установкой. Один только Марков сидел и с удивлением вертел по сторонам головой.

Радости обитателей бункера не было предела. Они тоже не сидели без дела и прослушивали наши переговоры и судя по тому, как я матерился в эфире, было понятно что хлебнули много всего. То, что моя супруга помалкивала, меня не обманывало, очередной сеанс лесопилки я ожидал в ближайшее время.

Одно только омрачило впечатление вечера. Виктор, которого прооперировала Марина, умер. Перенастроив установку на старое место, после завтрака отправились на самое первое место в лесу, там вырыли могилу и его похоронили со всеми почестями. Он умер как настоящий боец. Я и таких всегда уважал.