Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Тогда, обнимая остывшее тело, которое уже покинула душа, он в оцепенении шептал: «Чу Ваньнин, я так ненавижу тебя», но, склонив голову, целовал бледное лицо.

— Дитя, ты ведь недавно здесь?

Совсем рядом послышался хриплый дребезжащий голос. Старик, у которого он купил вонтоны, был так стар, что почти потерял зрение. Он почти на ощупь подошел к нему и сел рядом. Скорее всего этот человек умер от старости: у него было сморщенное обветренное смуглое лицо, напоминающее кору дерева, растущего в пустыне. Неспешно ощупав свой погребальный саван, старик достал трубку с табаком и, как привык при жизни, сунул ее в рот.

С присущей пожилым людям непосредственностью и доброжелательностью он решил немного поболтать с Мо Жанем.

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Мо Жань с улыбкой повернул голову к призраку:

— Да, это мой первый день.

— Ага, то-то я вижу, новое лицо. Как вышло, что ты умер так рано?

— У меня было отклонение ци.

— О... — старик затянулся из своей незажженной трубки. — Так ты из заклинателей.

— Да, – Мо Жань кивнул и, неуверенно взглянув на старика и уже особо ни на что не надеясь, вытащил портрет: — Дядюшка, я хочу найти этого человека.

При жизни он был моим учителем, и также недавно попал сюда. Вы случайно не встречали его?

Старик взял рисунок и, склонившись к фонарю, долго рассматривал его, щуря подслеповатые глаза.

Мо Жань вздохнул и потянулся, чтобы забрать портрет:

— Ладно, я ведь спрашивал у многих людей. Ничего, если вы тоже не знаете. Во всяком случае, никто…

— Я видел его.

Мо Жань вздрогнул. Мгновенно кровь прилила к голове и застучала у него в висках. Он торопливо придвинулся к старику:

— Дядюшка, вы точно видели именно его?! Вы уверены, что не обознались?

— Нет, я не обознался, — старичок сел удобнее, скрестив ноги.

Потирая одну ногу о другую, он сказал. — Редко встретишь человека с такой примечательной внешностью. Несомненно, тот человек твой Учитель.

Мо Жань тут же вскочил на ноги. Но сообразив, что в такой ситуации его поспешность выглядит невежливо, повернулся к старику и дважды поклонился ему, а затем взглянул на старого призрака полными слез глазами и умоляюще попросил:

— Дядюшка, пожалуйста, укажите мне путь к нему.

— Ох, дитя, незачем быть таким учтивым. Даже самые знатные люди здесь всего лишь призраки. Настанет время, и ты переродишься, оставив позади все воспоминания о прошлой жизни. Только лишь на эти восемь или десять лет ты еще можешь оставаться собой. Мой сын ушел очень рано и, увидев тебя, я вспомнил о том, как сильно его любил, – он вытер слезы рукавом и в него же высморкался, прежде чем продолжил: — Видишь вон тот роскошный дворец на Первой улице?

— Да вижу. Мой Учитель там?

— Верно, кхе-кхе, именно там.