Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Он со смехом ответил:

— Я сказал, что если в будущем увижу что-то более подходящее для Учителя, то сразу же куплю это для него.

— Ладно.

Чу Ваньнин вот так просто взял и согласился. Сердце Мо Жаня было готово запеть от радости.

Дошло до того, что он даже с мелочным превосходством взглянул на Наньгун Сы, но тот, похоже, не придал этому никакого значения. Мо Жань, который так и не смог избавиться от желания показать этому чужаку его место, самодовольно подумал, что теперь-то Наньгун Сы точно знает, что хоть Учитель и принял его подарок, все, на что он может рассчитывать, это вежливое «спасибо».

Но в этот момент Чу Ваньнин добавил:

— Только напомни продавцу, пусть даст счет, чтобы потом я вернул тебе деньги.

Мо Жань: — …

После того как десять пресноводных каменных окуней были извлечены из сумок цянькунь, Наньгун Сы отвел всех к деревянному охотничьему домику, построенному на границе полигона Сяоюэ. Рядом с домиком стояла старая закопченная печь, на которой обнаружилась кухонная утварь и все необходимое для готовки. По сравнению с хорошо обустроенным учебным полем эта ветхая хижина смотрелась довольно неуместно и, похоже, была построена значительно раньше, чем сам полигон.

Чу Ваньнин кончиком пальца провел по изгороди и остановился перед привязанными к ней бунчуками[156.10]. Истрепанные ветрами и непогодой, они давно уже не были такими яркими и нарядными.

Когда Наньгун Сы взял приправы и вышел из дома, то увидел, что Чу Ваньнин смотрит на бунчуки, и с улыбкой сказал:

— Это тот год, когда ушел наставник, я привязал их все здесь, но они быстро обветшали.

Чу Ваньнин ничего не ответил, только тихо вздохнул и сел на низкий табурет-пенек.

Когда он служил Духовной школе Жуфэн, Наньгун Сы был еще ребенком. Тогда они часто вместе гуляли на поле Сяоюэ, и этот охотничий домик остался стоять здесь с тех пор.

Мужчины быстро разожгли огонь, и зажарили окуней, насадив их на ветки мандариновых деревьев. Ароматный жир проступил из-под хрустящей корочки, и воздух наполнил приятный запах жареной рыбы.

Наньгун Сы отдал шесть рыбин сидевшим у деревянной изгороди демоническим волкам, а оставшиеся четыре посыпал солью и раздал людям.

Съев лишь пару кусочков, Сун Цютун протянула свою жареную рыбу уже расправившемуся со своей порцией Наньгун Сы:

— Мне так много не съесть. Молодой господин, прошу, разделите эту рыбу со мной.

Взглянув на них, Чу Ваньнин заметил, что Наньгун Сы принял рыбу и с удовольствием съел и вторую порцию. Про себя он решил, что ему нравится, что эта Сун Цютун такая почтительная, ласковая и внимательная к другим. Похоже, все слухи о том, что эта девушка изменяет своему жениху[156.11] не более, чем досужие сплетни[156.12].