Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

— Какой именно прием вам не дается?

Чу Ваньнин с надменным видом взмахнул рукавами, однако покрасневшие уши выдали его смущение:

— Я могу летать только низко над землей."

"Мо Жань был немного удивлен. На самом деле, при управлении мечом не важно, на пару сантиметров ты взлетишь или на сотню метров, — расход духовной энергии все равно один и тот же. Раз уж Чу Ваньнин был способен оторваться от земли и летать на низких высотах, не существовало никаких объективных причин, по которым он не мог бы подняться выше.

— Учитель, давайте вы попробуете, а я посмотрю, — предложил он.

Однако Чу Ваньнин явно не спешил призывать меч, лишь с пресным видом заявил:

— Обычно я не люблю использовать меч подобным образом. В конце концов, любое оружие достойно уважения, и не подобает наступать на него ногами.

— ?..

Мо Жань не понял этого странного объяснения, но все же слегка кивнул головой в знак согласия.

— Может Учитель и прав, но… не можем же мы летать лежа на мече или повиснув на нем.

От этого заявления Чу Ваньнин на время лишился дара речи. Подняв голову, в свете луны он увидел озорную улыбку на лице Мо Жаня, и, не в силах сдержать раздражение, проворчал:

— Если дело по-настоящему срочное, я могу призвать дракона и полететь на нем.

Мо Жань обомлел:

— Того маленького дракончика?

— Он может стать больше, — ответил Чу Ваньнин. Казалось бы, ему удалось мало-мальски защитить свою репутацию, но он тут же опять смутился и неловко пояснил, — однако в той ситуации с пожаром в Жуфэн этот дракон был совершенно бесполезен: боится огня.

Тут Мо Жаня вдруг осенило:

— Так Учитель решил научиться управлять мечом, потому что хочет…

— На всякий случай.

Мо Жань не стал развивать эту тему.

Захлестнувшее Линьи море огня поглотило слишком много жизней. В тот день Чу Ваньнин — самый выдающийся бессмертный своего времени, стоял на мече Мо Жаня и беспомощно смотрел, как под ними Пламя Бедствия забирает все новые жизни, превращая простых людей в дым и пепел. Не в силах увезти ни одного человека на своем мече, что он чувствовал тогда?

Неудивительно, что человек, который предпочитал вызвать извозчика и ехать в повозке, но не использовать свой меч, внезапно обратился с такой просьбой к своему ученику.

— Я все понял.

Учитель, не беспокойтесь, конечно я хорошо обучу вас.

Выслушав его слова, Чу Ваньнин опустил взгляд, так ничего и не ответив. Было неясно, о чем сейчас думает этот человек, но, в конце концов, он все же вздохнул и поднял руку:

— Призываю Хуайша.

Золотой свет быстро сгустился в его руке, и в умиротворяющем и безмятежном свете луны Мо Жань вновь увидел то божественное оружие, с которым в прежней жизни встретился первый и последний раз, когда они с Чу Ваньнином сошлись в смертельном поединке не на жизнь, а на смерть.