Драконье несчастье или жена в подарок (СИ)

Если особняк Джиллианы был светлым и радостным, сверкая коврами, статуэтками и излишне вычурным убранством. То здесь целая комната была выдержанна в красно-чёрных тонах, создавая мрачный и неприглядный вид. А старомодные светильники на стенах в виде огромных чёрных драконов, довершали картину.

Боже, куда я попала?! Я скосила взгляд на мужчин. Принц стоял, облокотясь на спинку кресла, элегантный и опасный, настоящий денди. А напротив него высился не человек, громада. Высокий, сильный, темноволосый. Губы сжаты в тонкую линию, нос с горбинкой, острые скулы, чёрные волосы откинуты назад. Он стоял прямо. Руки по швам, вспомнилась мне детская поговорка. Эта поза сразу выдавала в нём военного. А ещё Эверен напомнил мне героев голливудских боевиков. И почему все мужчины в этом мире такие красивые? «И опасные» — добавил внутренний голос. А ещё нестерпимо зачесались запястья. Точно, сейр Рональд, видимо, вспоминал обо мне и о нашем договоре, а я, если честно, совсем о нём забыла.

— Уже два года прошло. Угомонись, Эв! — Голос принца звучал устало. — Не заставляй меня применять силу. Я сделал тебе подарок. И буду надеяться, что ты воспользуешься им, с умом. — Это они обо мне? От возмущения у меня даже в глазах потемнело. Я не хочу быть подарком!

— Это приказ? — Ледяным голосом спросил Эверен.

— Ну если ты так хочешь, то считай, что приказ.

— А я обязан подчиняться твоим приказам?

В комнате стало темно и тесно. Обе фигуры словно увеличились в размерах. У принца за спиной мелькнули и развернулись серебряные крылья, а за спиной Эверена — чёрные. Они молча мерили друг друга глазами. И я не знаю, чем бы это всё кончилось, если бы не услышала то, что в этой мрачной глуши, даже и не думала услышать — детский плач.

— Папа, — раздалось вдруг за плачем и топот детских ножек.

Я скосила глаза насколько могла, рискуя получить хроническое косоглазие, и увидела маленькую девочку. Она буквально врезалась в Эверена, размазывая слёзы кулаками.

— Мне больно, — хныкала она.

Эверен сразу растерял свой пыл и я тут же вспомнила меткое слово из моего прошлого «я ж бать».

— Что такое, Мисси? Где болит? — Он склонился над ней, озабоченно разглядывая то ли палец, то ли коленку.

— Вот вы где, леди Миврис, — в комнату вбежала дородная дама, запыхавшись и едва переводя дыхание. — Прошу прощения, генерал. Я буквально на секундочку отвернулась, а она уже кинулась вас искать. А я говорила ей, что папа занят.

Говорила? Эта женщина вообще понимает, как нужно общаться с ребёнком? Этой Мисси же не больше двух лет. Что такая малышка может понять? Ей не слова нужны, а море любви. В груди противно заныло. Я вдруг вспомнила своих подопечных.