Древнее китайское проклятие

На крылатых сандалиях отсутствует половина крылышек. Под глазом – фингал, нос свернут на сторону. Волосы взлохмачены.

С обломков кадуцея свешивались дохлые змеи.

– Старею, – прохрипел Гермес. – Столько времени потратил на регенерацию и до сих пор не могу прийти в себя. В былые времена секунды хватало. Впрочем, это я вру. В былые времена никто не был способен так меня отделать.

– Призрак Коммунизма постарался?

– Ага, – кивнул Гермес. – Вот в чем, а в недостатке старательности его обвинить нельзя. Но это не есть главная новость. Главная новость в том, что новый пантеон начинает занимать свое место в умах ваших граждан.

– В курсе, – сказал я. – По-моему, я имел честь разговаривать с одним из его представителей.

– Я одного даже видел, – подхватил Гермес. – И больше его видеть мне не хочется. Дури в нем – закачаешься, но он еще не вошел в полную свою силу.

– Иначе я бы тут не сидел. Он меня, типа, отпустил. Значит, силенок маловато пока. От настоящего бога я бы живым не ушел. По какому поводу общались?

– А что там за трофеи?

– В числе прочих – дедушка Ленин. В виде духа. Зачем он им?

– Хотят удостовериться, что Красному не достанется.

Гм, обратно в Аид его отправлять опасно, снова украсть могут. Разве что в Тартар его засунуть, там дедушка присмотрит… Чего делать думаешь?

– Адресок мне назвали, – сказал я. – Думаю, не мешает туда сходить, на предмет посмотреть, кто нами руководить пытается.

– Бог ничего не может сделать человеку, который в него не верит, – напомнил я.

– Это пока он полную силу не набрал, – сказал Гермес. – А, судя по тому, что я видел, силу он скоро получит. Очень скоро. Одного толчка ему не хватает.

Кроме того, возможны варианты. Он может приказать сделать это одному из своих жрецов. Поверь мне, новоявленные божества обожают окружать себя подобными типами.

– Я с экспертами спорить не собираюсь. Но посмотреть все равно надо.

– Смотри, не смотри, – вздохнул Гермес, – чувствую, лафа кончилась. Скоро я здесь стану фигурой нон грата. Придется тебе в Грецию ехать, чтобы со мной пообщаться.

Гермес покинул меня через Дромос. Сказал, что отправится на Олимп раны зализывать. На Олимпе у отставных древнегреческих богов теперь нечто вроде санатория.

Говорят, остаточный божественный фон там существует и на вершине лучше всего сил набираться. Ну, при условии, что ты сам бог, конечно.

Одной горой на плечах меньше. Гермес жив и относительно здоров.

В десять я созвонился с Гэндальфом Альфа. Нельзя сказать, что он был сильно обрадован моим звонком, но вел себя вполне корректно. Мы не затрагивали вопрос существования Гэндальфа Бета, просто обсудили кое-какие аспекты личности Горлума.

Попрощались мы почти в половине одиннадцатого.