Древнее китайское проклятие

Указывать правильную дорогу.

– Я не люблю тех, кто пытается указывать дорогу другим. Нашел сам – не мешай идти другим.

– Есть люди, которые не хотят искать новых путей, боятся неизведанных дорог. Кто-то предпочитает идти по проторенной дороге. Идти в обществе таких же, как он, а не в одиночку.

– Вы говорите не о людях, а о стаде. Проторенные дороги ведут в пропасть.

– Каждый человек должен выбирать свой путь сам. А вы собираетесь ему подсказывать, но это ведь только на первых порах. Потом вы будете его заставлять.

– Во имя его же блага, разумеется.

– Послушайте, ваша страна только что выбралась из периода одной из самых жесточайших в истории тираний. Семьдесят лет вами правил один бог, единоличный монарх, настоящий деспот. Вот он уж точно никому не предоставлял выбора. А мы готовы дать людям стабильность.

– Стабильны мертвые.

– Долгое время все шли по одной дороге. А мы предоставляем на выбор несколько путей.

– Число их все равно ограничено.

– Иначе и не может быть. В противном случае возникнет хаос.

– Именно из хаоса рождается порядок.

– В мире уже достаточно хаоса.

Неужели вы не желаете для своих сограждан лучшей доли?

– Я не желаю выбирать за них.

– Никто вас об этом и не просит. Выбор сделан, и вы воочию можете его видеть. Этот выбор может вам не нравиться, но принимает решения большинство, и решение принято. Не становитесь на пути своего народа. Не противопоставляйте себя обществу. Я не буду скрывать, у человечества было много богов. Некоторые были лучше, чем мы, но некоторые были и хуже. Поверьте мне, наш пантеон отнюдь не самый худший из возможных вариантов.

Вспомните богов древности. Вот уж были капризные, злобные и мелочные божества. Сколько народа они погубили? Всемирные потопы, землетрясения, бури, прочие катаклизмы. Огненные дожди и молнии, стирающие с лица земли целые города. Они хотели изменить мир, переделать его под себя, что каждый раз приводило к фатальным для человечества последствиям. А мы не хотим изменить мир, мы стремимся, чтобы все осталось на своих местах.

– И вы считаете, что этого достаточно для того, чтобы стать богами?

– Сейчас я хотел бы посмотреть на выражение второго вашего лица, Двуликий.

Он повернулся. Та же участливая доброжелательность, та же искренность. Бог политиков. Самого продажного и лицемерного сословия.

Он способен лгать и двумя ртами.

Когда он ушел и тяжелая сейфовая дверь закрылась за его спиной, я подумал, что на их фоне даже Коммунизм выглядел вполне приличным божеством.

Ведь среди прочих были у него и правильные идеи.

Его не устраивало существующее положение, и он боролся за то, чтобы его изменить.