Древнее китайское проклятие

– У него никогда не было никаких амбиций.

– За пятьсот лет обладания Прелестью амбиции могут развиться даже у таракана, – сказал я.

– У него они не развились. Прими это как факт, камрад.

– Меня всегда удивлял один момент. У вас в Арде было полно могущественного народа. И все же сильные мира того самоустранились от решения проблемы, свалив ее на каких-то совершенно левых, случайно вмешавшихся в ход истории парней.

– В том и проблема, – сказал Гэндальф. – Чем сильнее человек, ну, или эльф, или маг, тем сильнее искушение, в которое способно ввести его Кольцо. Бильбо полвека продержался, Фродо с Сэмом не подкачали, а, скажем, я, Элронд или Галадриэль не устояли бы против такого искушения и минуты.

– Необуздан я в желаниях своих, – сказал Гэндальф. – А ну как надел бы я Кольцо и стал бы добро причинять налево-направо? Еще и с отягчающими обстоятельствами? Чуешь, камрад, что бы тогда со Средиземьем приключиться могло?

– Чую, – вздохнул я. – И отсюда возникает еще один вопрос. Допустим, мы находим Горлума и изымаем у него не принадлежащую ему Прелесть. Что мы с Кольцом потом будем делать? У нас действующих вулканов не так-то много, и, как вы установили экспериментальным путем, оно в огне не очень-то горит, и в лаве совсем не тонет.

– Я уже об этом думал. Пока у меня нет ответа на этот вопрос.

– Вы, Гэндальфы, насколько я успел заметить, тактическим складом ума не отличаетесь, на пару ходов вперед не думаете.

– Извини. Ну хорошо, а где мы будем хранить Кольцо пока будет решаться вопрос об его уничтожении?

– Может быть, оставим его у Горлума? Горлум ведь не слишком опасен, а Саурона у нас нет.

– Есть мнение, что Кольцо попытается покинуть Горлума. И следующий его носитель будет не столь безобиден Понимаешь, камрад, не люди носят Кольцо. Это оно их носит. И оно способно притягивать зло.

– Значит, оно не притянуло меня, потому что не углядело во мне зла?

– Или потому, что ты был слишком далеко от него, камрад. – Эту часть истории я Гэндальфу рассказал, потому как ничего опасного в ней не усмотрел. – Вообще, должен признать, что в идее камрада Германа был смысл, но, чтобы задумка сработала, тебе должно было просто феноменально повезти.

– Похоже, что мне феноменально не повезло, – сказал я.

– Для того чтобы оставаться в живых, магу нужно постоянное везение.

Наши рассуждения об удаче были прерваны телефонным звонком. Я схватил трубку, в надежде, что это звонит Герман.

– Будьте добры, позовите Германа к телефону, – разрушил мои надежды голос в трубке. Голос был смутно знакомым, точнее, он был очень даже знакомым, но я не мог вспомнить его обладателя.

– Не надо так шутить, девушка, – строго сказал голос, и тут я его узнал.