Древнее китайское проклятие

Тогда старый бог уйдет на покой и нам придется иметь дело только с новым поколением.

– Да, Ленин – это козырная карта Красного, его самая большая надежда. Он решил действовать сейчас, потому что поколение верящих в него стареет, оно уже готово уйти со сцены – еще несколько лет – и шанс будет утерян навсегда. Для молодежи второе пришествие Ленина будет лишь фарсом, а не призывом к борьбе, поводом скорее почесать языком, нежели побряцать оружием.

– Гермес, – сказал я, – ты – лучший из богов.

– Не льсти мне, старому мошеннику. Мне просто небезразлично, что происходит здесь.

Я – худший из богов. Никого из нас не должна волновать такая мелочь, как смертные.

– Душа Ленина покинула царство твоего дяди?

– Да, Красный забрал ее. А по пути прихватил душу этого Юрика.

– Откуда ты об этом знаешь?

– Я был у дяди. Царство Аида по-прежнему существует и функционирует, потому что оно почти идеально соответствует христианскому представлению об аде. Конечно, дядя далек от того, чтобы провозгласить себя Сатаной, однако его сила почти вся осталась при нем. Он могущественнее многих из нас. Но он не будет нам помогать.

Дела живых совершенно не волнуют его.

– Нам? Смею ли я надеяться…

– На мою поддержку? Она будет слабой, я могу лишь подсказывать и узнавать новости. Действовать придется тебе.

Глава пятнадцатая. ОБЛОМЫ С ЛАРЦОМ И БЕНЗИНОМ

Поскольку помятые богатыри погрузились на заднее сиденье, Гэндальфу пришлось сесть рядом со мной и щуриться от бьющего в лицо ветра. Но стекло он так и не наколдовал. Да и у меня особого желания не было.

Мы взяли курс на небольшую деревеньку, по словам Гэндальфа находившуюся недалеко отсюда. Какому здравомыслящему крестьянину взбрело в голову поселиться в непосредственной близости от основного аэродрома мифологической авиации? Мы доехали за полтора часа, сколько же надо было времени Змею Горынычу, чтобы проделать тот же путь по воздуху, а не по сильно пересеченной местности, в которой отсутствовал всякий намек на асфальт?

В Тридесятом царстве, как и в России, дорог в наличии не было.

Имели место только направления, по которым можно проехать.

– Славная повозка, – подал сзади голос Илья Муромец. – Большая, быстрая, удобная. Только небогатырская она какая-то.

Слишком комфортно. Седло задницу не натирает, ветер в лицо не бьет, вода за шиворот не капает.

Вообще-то стараниями его младшего товарища ветер в лицо очень даже бил, но я промолчал. О чем мне с этим ископаемым разговаривать? Может, он вообще бредит.

– Помню, – без всякого перехода заявил Муромец, – бился я на Клязьме с полчищами хазар. Или это печенеги были? Неважно. Долго мы бились, и вот… О чем это я?

Деревушка оказалась совсем небольшой, домов пять. Но встретили нас приветливо.