Два семестра волшебства (СИ)

— Какой красавец! — восхитилась она.

— Оставьте себе, говорят, он ничей, — пожал плечами Ирвин.

Тем временем Сазерленд поймал на ладонь свою жабу и принял доклад.

— Ушла, — подтвердил он.

— Пойдём и мы, так? Вернёмся в понедельник, ещё с одним магом. И попробуем решить так, чтобы всем в итоге стало хорошо, — заключил Ирвин.

Домой. Спать. Но сначала — написать Айлинн, что он в порядке, и заедет за ней завтра днём.

Айлинн бросила нервный взгляд на часы — без трёх минут пять. Ирвин обещал заехать как раз в пять, сказал — приём с шести, но будет хорошо, если они приедут раньше, потому что ему нужно будет поговорить с отцом — пока всё не началось.

Утром она не услышала будильник, проспала до обеда и проснулась от того, что звонили в домофон снизу. Тьфу ты, парикмахер. И что это вообще такое, она никогда не просыпала, ни разу в жизни, и в последние три вечера даже не встречалась с Ирвином! И почему так?

Но если честно, то это вот «не встречалась с Ирвином» выглядело и ощущалось не очень-то и хорошо. Потому что в каждую свободную минуту её мысли были о нём, и о том, как у них всё было, и может быть ещё и о том, как всё будет, когда они снова окажутся наедине.

А пока — отпереть дверь, принести извинения парикмахеру, заскочить на две минуты в ванную — и за дело.

Дело оказалось долгим — потому что волос у Айлинн много, и они длинные. Но — результат Айлинн очень понравился. Маги-парикмахеры умели уложить локоны так, что они не распрямлялись и не разваливались без укладочных средств, а идеально держали форму столько часов, сколько задано.

— На какое время фиксируем? Двенадцать часов? — спросила мастер.

Девушка её лет. Судя по потому, что видела Айлинн — отлично взаимодействует с волосами, отлично сочетает силу и материал, а живой материал — это отдельный вопрос, артефакторы работают с неживым. А все эти воздействия на людей — на грани артефакторики и целительства, хоть и называются прикладными. Ну и её студенты будут изучать взаимодействие с живой природой во втором семестре третьего курса, вряд ли раньше.

Но нужно было ответить на вопрос, и Айлинн задумалась — через двенадцать часов будет два часа ночи, третий.

— Восемнадцать, — ответила она.

— Хорошо, — кивнула мастер.

В итоге соломенная копна Айлинн превратилась в аккуратные волнистые волосы, часть которых была поднята в хвост на затылке, а остальные спадали на спину управляемым водопадом, и пара прядей обрамляла лицо. Годится.

После ухода мастера следовало чуть-чуть поесть и заняться остальным. Платье висело на плечиках, по нему Айлинн просто прошлась руками, удаляя с деликатной ткани пылинки и заломы.