Два зайца, три сосны

— Знаешь, иметь дело с проверенным человеком, более того, другом детства, куда приятнее, чем с этими нуворишами или полубандитами. Так что, Роза, выпить у нас тобой масса поводов. Лера, ласточка моя, сообрази нам что-нибудь… Ты есть хочешь, Матвей?

— Да, должен признаться, что здорово проголодался.

Очаровательная изящная Лера весело хлопотала на просторной кухне, хлопала холодильником, включала какие-то приборы, у нее все так и горело в руках. Гриша как завороженный следил за ней взглядом, ему безумно нравилось смотреть, как она хлопочет… Но тут его позвали к телефону. Звонок был деловой, он извинился и вышел из кухни.

— Матвей, а как ваш чудный песик поживает?

— Он такой весельчак, я давно таких милых собак не встречала….

— Лера, скажите, вы слыхали о такой писательнице Миклашевской?

— Олесе Миклашевской? — уточнила на всякий случай Лера.

— Конечно слыхала, а что? — насторожилась Лера. — Вы что ли ее читаете?

— Да нет, просто нам для ремонта дома в Литве рекомендовали архитектора Миклашевича…

— А он приехал с дизайнером, женщиной, которая оказалась этой самой писательницей…

— Олеська приехала к вам с Миклашевичем?

— Да она моя лучшая подруга, еще со школы! Но это для меня новость… И они будут у вас работать?

Нет, у нас что-то не срослось… Арина не захотела Миклашевича… Он тоже повел себя странно, — Матвей уже пожалел, что завел этот разговор. Надо постараться держать язык за зубами. Если Лера ее задушевная подружка…

— Вы не беспокойтесь, Матвей, я никогда не передаю никаких разговоров, просто меня страшно огорчила новость, что Олеська опять с Миклашевичем.

— Ну, там несколько лет назад была безумная любовь, а потом они расстались и, как говорится, разошлись как в море корабли. И потом зачем ей это нужно — Тут на кухню вернулся Гриша.

— Ну, как дела? Можно уже выпить?

— Садись. Я вам не помешаю? — кокетливо осведомилась Лера.

— Что ты, ласточка, как ты можешь помешать! Ну, Матвей, давай выпьем за нашу совместную работу!

Но тут его опять отвлек телефон.

— Кошмар, я уж готова разбить все телефоны, просто жизни нет! — пожаловалась Лера. — Матвей, а Олеся вам понравилась?

— Да я как-то не разобрался. Меня немножко удивило, с чего бы такая модная писательница решила заняться чем-то, так сказать, посторонним?

— А я убеждена, что это не она решила, а прохвост Миклашевич решил использовать ее имя.

— Да, законченный прохвост, но мужик — обалдеть. Бабы от него дохнут… Но мне это совсем не нравится… Только Олеська пришла в себя, он опять тут как тут… С этим надо что-то делать!

— Что вы имеете в виду? Ее надо спасать от Миклашевича?

— А она хочет, чтобы ее спасали?

— Я вообще ничего уже не понимаю. Но мне кажется, что… Она вам нравится, да? — таинственным шепотом спросила Лера.