Дважды два

Или пуделя, такого, как Пудинг.

Похоже, с поездкой в зоомагазин я все-таки погорячился.

Уложив Лондон спать, я позвонил Эмили.

Она уже была в постели, и между нами, как всегда, завязался легкий разговор, в котором смешались воспоминания о наших прежних встречах и обсуждение подробностей нынешних дел. Разговор продолжался почти сорок минут, и когда я повесил трубку, меня вдруг осенило: Эмили стала не просто неотъемлемой частью моей жизни, а лучшим, что в ней есть.

В пятницу днем Вивиан сообщила, что приезжает часов в девять-десять. К тому времени Лондон полагалось уже спать.

Получив это известие, я на минуту задумался: может, она чего-то ждет от меня, поскольку знает, что к моменту ее приезда Лондон наверняка уснет? Неужели Вивиан захочет поговорить? Или посмотреть телевизор в гостиной? Или же, напротив, сразу уйдет к себе, в комнату для гостей? И что буду делать все выходные я сам?

Я пытался повторять мантру, которой научила меня Эмили, но она не помогала. Видимо, в глубине души все еще жило стремление угодить Вивиан.

Старые привычки живучи.

Поскольку хореография выпала из расписания, я решил устроить для Лондон еще один вечер свидания, надеясь, что в этом случае она не заснет до приезда Вивиан. Мне показалось, что пригласить дочь на ужин и в кино было бы неплохо, и мне даже удалось найти детский фильм, который заканчивался довольно рано, и мы могли вернуться домой к девяти. Потом Лондон пойдет купаться, и, если нам повезет, в это время как раз приедет Вивиан.

Я поделился своими планами с Лондон, когда забирал ее из школы, и едва мы вернулись домой, она помчалась наверх готовиться к выходу.

– У тебя еще уйма времени! – крикнул я вслед. – Нам выезжать только в половине шестого.

– А я хочу начать заранее! – услышал я в ответ.

К четырем она была уже одета и зашла ко мне в кабинет, где я завершал доработку заставок и надписей, которые планировал вмонтировать в ролик с бульмастифом.

Для сегодняшнего свидания Лондон выбрала белую блузку, белую юбку, белые туфельки и колготки, а волосы украсила белым ободком.

– Выглядишь превосходно, – похвалил я, мысленно вычеркивая из списка возможных мест для ужина итальянские рестораны. Одно неосторожное движение – и ее наряд будет непоправимо испорчен.

– Спасибо. Вот только пластырь на лбу мне не нравится. И лонгет тоже.

– Я их даже не заметил, – успокоил я. – Ты будешь самой красивой девочкой во всем ресторане!

– У нас в запасе еще полтора часа.

– Хорошо, – кивнула она. – Я пока посижу в гостиной.

– Поиграй с Барби, – предложил я.

– Не хочу помять одежду.

– А чем бы тебе хотелось заняться?

– Не знаю. Лишь бы не запачкаться.

– Хочешь, опять поиграем в «Лети скорей, сова!»?

Она захлопала в ладоши.

Мы поиграли часок, потом я ушел переодеваться.