Замуж за босса

Было обнаружено… Принадлежность отрицает…

Вывожу свою фамилию и инициалы, с ужасом следя за появляющимися буквами. А если ничего не получится? Если отцу не удастся доказать мою непричастность? Что меня ждет? Тюрьма? Или все же нет? Условный или реальный срок? А мой ребенок? Боже…

Мне плохо. Воздуха не хватает. Ручка выпадает из рук, и я падаю назад, вызывая переполох.

Спасибо, полицейские идут навстречу. Один даже вручает стакан с водой. В его взгляде мне видится жалость и понимание, а это гораздо важнее, нежели равнодушие его напарника. Поторапливает понятых и выводит меня на свежий воздух, по пути сообщая, что если сопротивляться не буду, то наручники не наденет.

Уверяю, что и не собиралась, какой толк?

На улице, совсем недалеко от перрона, нас ждет автомобиль без полицейских опознавательных знаков. Меня данное обстоятельства не смущает, ведь это же не обязательно, да? Следователи ведь и на обычных ездят в фильмах?"

"Поезд трогается, оставляя меня с представителями органов правопорядка наедине. То есть не совсем, конечно — зеваки всегда найдутся. Но так даже спокойнее.

— Нужно сделать смыв с рук.

Мы решили не задерживать поезд и сделать это сейчас, а не там, в духоте и толпе, — заявляет тот из полицейских, что проявил жалость, доставая новую упаковку ваты и какой-то флакон.

Меня просят выставить ладони вперед и протирают их тампоном, смоченным неприятно пахнущей жидкостью. Похоже, какой-то реактив, потому что ватка становится едва заметно зеленоватой. Это хорошо или плохо? Поднимаю вопросительный взгляд на более симпатичного мне полицейского

— Все в порядке. Если наркотики не ваши, экспертиза покажет, что будет основанием для защиты.

Его слова успокаивают и вселяют надежду, что неразбериха скоро закончится.

— Еще немного, снимем отпечатки и готово.

Процедура проходит быстро и, наконец, меня сажают в авто, а сами падают на сиденья рядом.

Стоп, а мой телефон? Отвечают, что получу в участке. И мы возвращаемся в Москву.

Только вот когда приезжаем в место назначения, начинают происходить странности.

Во-первых, все мои просьбы позвонить полностью игнорируются. Меня уводят в какую-то дальнюю одиночную камеру в подвале и закрывают в ней до конца дня.

Только тут я с ужасом понимаю, что весь этот бред неслучаен. Наркотики подбросили не наугад, а именно мне!

Подставили по полной программе.

Глава 36

На следующий день, уже ближе к вечеру, ко мне заявляется адвокат, выделенный, как он объясняет, государством для защиты. Первое желание — начать жаловаться на несправедливый арест, но, что удивительно, умудряюсь сдержаться и жду, что он скажет. Почему-то я уверена, что ко мне вряд ли бы пустили честного человека — не для того устраивали весь этот цирк.