Хулиган

И да, я не долбанный принц, который по пятницам бескорыстно спасает красавиц от драконов. Я тот самый огнедышащий дракон, настоящий мудак, готовый обрушить на малышку весь свой праведный гнев. Ей не спастись…

– Катя. – Сгреб ее в охапку, подталкивая к краю кровати.

– Нет… я думала, что смогу… просто потерплю и навсегда отделаюсь от тебя… Но ты ненормальный, Алик! Это не закончится… Теперь я понимаю, ты ведь не отстанешь от меня… – покачала головой, отыскав ответ в моем взгляде.

Хотелось бы возразить, но язык будто прирос к небу. Мне было так херово, что хотелось крушить все вокруг.

– Я завтра утром уволюсь. Только дай мне уйти. Я не смогу. Не смогу…

От её хриплого шепота мои берега окончательно попутались. Я должен был убедиться… Стиснул зубы, одной рукой перехватив ее тонкие запястья, а другую просунул под джинсы, цепляя трусики…

– Али-и-и-к… – с мольбой.

Провел кончиками пальцев по нежным складкам, толкаясь в желанную плоть. Внутри так ярко полыхнуло, а затем потухло. Полный финиш… Это пиздец! Она была сухой! Абсолютно сухой! Не соврала. Просто меня не хотела."

"Я грязно выругался, выпуская перепуганную девчонку из рук, пытаясь унять тремор в конечностях. На душе было так гадко, что хотелось проклясть весь мир. Уёбище лесное ты, Алик… Одержимый урод. Да что ж такое?! Только что я коснулся самого дна. Ниже падать просто некуда.

ОЧЕНЬ. СИЛЬНО. ОБЛАЖАЛСЯ.

Если раньше она просто меня избегала, то теперь вряд ли подпустит к себе на километр. И, что вероятнее, прямо с утра накатает заявление мусорам…

Катя молчала, глядя на меня исподлобья, как маленький затравленный зверек, но самое поразительное – меньше всего на свете я хотел причинить ей боль. Единственное, чего жаждал до зубного скрежета – доставить удовольствие. Благими намерениями, Алик… Благими намерениями…

Судорожно рассмеялся.

Эта больная звериная нужда лишила меня способности мыслить трезво. Я так привык получать желаемое по щелчку пальцев, что не воспринимал ее сопротивление всерьез, а теперь, глядя в огромные заплаканные глаза, хотелось удавиться. Прямо романтик с большой дороги!

Взяв сигареты, распахнул дверь на лоджию. Нужно было охладиться, иначе мог воспламенить всё вокруг, сгорая в собственном аду. Когда я минут через двадцать вернулся, Катюша так и сидела на полу, обнимая себя руками под коленями.

– Можно я поеду домой? – прошептала надломленным голосом.

Я покачал головой.

– Ложись спать, а утром спокойно поговорим. Я больше тебя не трону.

– Алик, я…

– Я постелю себе в гостиной, а ты спи здесь. Если что, домработница сегодня поменяла постельное белье.

«И я не болею триппером», – чуть не добавил зачем-то.

Покинул комнату, в глубине души надеясь, что она не побежит следом.