Дверь на двушку

Но никто не станет бежать в открытую с громкими воплями – все будут продираться через крапиву, чтобы влепить пулю тебе в спину. Поэтому в крапиве и нужно сидеть, а защиту главной лестницы доверить девочке в очках-лупах, которая после каждого выстрела, отложив автомат, обязательно бежит смотреть, попала она или нет.

Ул с Ярой сделали около сотни шагов и потеряли, наверное, по полстакана жидкости каждый, когда Яра внезапно схватила Ула за руку. Ул увидел высокую фигуру, двигающуюся к ним наперерез. Шла фигура шатко, часто падала. Шаги у нее были крупные, заваливающиеся. Голова накренена.

– У тебя оружие есть? – шепнула Яра.

– Почему эльб не погиб? – спросила Яра.

– Надо вставать! Так он нас прикончит… Теперь или никогда…

Ул ладонями оперся о землю, подтянул вперед колено, рванулся и убедился, что получилось. Он шатается, но стоит. Ул посмотрел на скалы и различил проход. Два соседних камня раздвигались, а между ними словно белой нитью было проведено. Наклонившись к Яре, Ул помог ей подняться.

Дыхание сбивалось, и он только пальцем смог показать, куда им идти. Они двинулись. Яра с закрытыми глазами заваливалась вперед и начинала падать. В падении выставляла ногу и понимала, что еще один шаг сделан. А потом все повторялось. Яра приоткрывала глаза, ориентируясь в пространстве, опять падала, опять выставляла ногу – и так шла. Когда же становилось совсем тяжело, утыкалась носом в волосы сына. Илья страдал от жары меньше. Он деловито крутил головкой и изредка сгибал и разгибал ручки.

– Давай… немного… поднажмем! – с трудом выговорил Ул.

Он не объяснил Яре, почему она должна поднажать. Яра поняла это сама и пошла быстрее. Теперь, выставляя вперед ногу для очередного падения, она не закрывала глаза. Скорость увеличилась, зато теперь ей казалось, что кто-то бьет ее по затылку мягкой дубиной и в голове у нее переливается бульон.

Яра обогнула скалу и увидела впереди небольшой, наполненный водой кратер. Отчаяние охватило ее. Ползти по камням было тяжело, и она почти остановилась.

– Туда… там спуск к воде… – пропыхтел Ул, показывая Яре левее. Оттуда прямо к озеру спускалась блестящая, словно отполированная, тропинка. Она была узкой, но все же по ней можно было скатиться к воде.

Ул то скатывался, разгоняясь, то замедлялся, цепляя плечами камни по склонам. Хорошо, что с детства у него сохранился немалый опыт спуска с ледяных горок. Он катился головой вперед и почти все время видел впереди Яру. Та скатывалась на спине, ногами вперед, чуть приподнявшись на локтях и руками страхуя ребенка.

Точнее, попытался. Вода не держала. Он лишь напрасно загребал ее руками. Вода легко уступала его ладоням и будто исчезала под ними, спеша превратиться в пузырьки и ускользнуть.