Дверь на двушку

Ева шла в обнимку с Настой, а та задиристо толкала ее кулаком в бок:

– Признавайся, вдова, ты решаешь, что тебе поджечь, или оно само вспыхивает?

– То есть просить тебя разжечь сырой костер бесполезно?

– Можно попросить кого-нибудь меня разозлить. Но есть риск, что костер так и останется сырым, а сгорит весь лес.

Наста хохотнула и, перемахнув через шныровский забор, одна из секций которого была вынесена в поле, потому что граница расширилась и надо было как-то наметить новую, спрыгнула на противоположную сторону.

– Ты мне нравишься! Я тебя никогда не убью! Ты тоже чокнутая, как и я! – заявила Ева, спрыгивая с забора вслед за Настой.

– Хороший комплимент! Лучший в моей жизни! Тогда я тебя тоже не пристрелю! – И, прокрутив в руке точно по волшебству возникший шнеппер, Наста хлопнула Еву по плечу.

Продукты были закуплены в рекордно короткие сроки. Федор продемонстрировал хорошую деловую хватку. Оживленная им тележка сама ездила между рядами. Другим сюрпризом стала конечная сумма.

– Эй, вдовы, у меня вынос мозга! Почему с нас так мало денег взяли? – озадачилась Наста, когда они вышли из магазина.

– Ты что, не веришь кассе? По-твоему, электронный мозг может ошибиться? – ехидно спросил Федор.

Наста глупой не была и, прищурившись, сгребла его за ворот:

– Признавайся: как ты это сделал?

– О’кей, гугл! Скажи этой дикой женщине, чтобы она меня отпустила! Я кассу не обманывал. Она посчитала все верно. Но она считала не продукты! – поспешно объяснил Федор, видя, что Наста ему не верит.

– Она считала реальную стоимость продуктов. Знаешь, как устроены цены? Вот картошка в поле – она стоит рубль. Столько получает фермер. Эта же картошка на складе стоит уже два рубля.

На рынке она же стоит три. Чипсы из этой же картошки стоят уже пять рублей… И вот касса подумала…

Наста выпустила его ворот:

– Хватит говорить мне, что подумала касса! Скажи еще «дерево подумало»!

– А деревья думают! Ты не знала? – удивился Федор. – Только они думают медленно. Одна мысль дерева может продолжаться полгода. И камни тоже думают и даже двигаются, но только медленно. Целые столетья!

Андрей Нос изготовил здоровенного дубля и навьючил на него пакеты. Дубль, пыхтя под тяжестью пакетов, направился через поле к ШНыру. Изредка он запускал руку в сумку, доставал что придется и начинал есть.

Это могло быть мыло или пачка соли. Вкусовых предпочтений дубль явно не имел.

– Он один дойдет? – засомневалась Наста.

– Да! – сказал Андрей.

– Ну и прекрасно! Пусть тогда идет один!

– А мы с ним не возвращаемся? – заинтересовалась Ева.

– Что, вдовы, сматываться, значит, не будете? А я уж думала, вы на электричку – да и в Москву, – сказала Наста. И словно для того чтобы указать новичкам, где находится станция, за леском прогрохотала электричка.