Дверь на двушку

Кузепыч осторожно выбрался из-под плиты.

– Тут все понятно. Надо поменять контактную группу! – авторитетно сообщил он Вадюше.

– Да-да-да, – произнес Вадюша с невероятно глубокомысленным видом, как человек, очень хорошо понимающий, что такое контактная группа.

– Так меняйте! – потребовала Суповна.

Кузепыч в ответ разразился длинной речью, смысл которой сводился к тому, что не все так просто. Нужно выяснить, в каком состоянии остальная проводка, посмотреть на барахолке, нет ли старых плит на запчасти и какие могут быть замены, и только потом принять единственно правильное решение.

Высказав все эти мудрые мысли, Кузепыч улизнул, а Суповна так и осталась со своим «два раза «вкл» – это «выкл».

– Ты ищешь что-то определенное? – спросила Рина, наблюдая, как Даша поочередно заглядывает во все пустые кастрюли, открывает все шкафы и ящички с винными пробками, вставленными друг в друга баночками по размеру и мумифицировавшимся, в труху осыпавшимся лавровым листом – в те самые ящики, в которые сама Суповна не заглядывала уже лет десять.

Даша покачала головой. Рина поняла, что она просто изучает новое пространство – как-то неосознанно для себя изучает, безмысленно.

Но факт оставался фактом: Даша обживалась в ШНыре, и у Рины возникло ощущение, что задержится она надолго.

В окне как в раме остановился солнечный полдень. Между соснами с деловитым видом пробирался мордатый серый кот с расцарапанной в любовных битвах физиономией.

– Забор! Как он через него проник? – спросила Даша.

– Да запросто проник. Кошки как люди. Глупые только, когда им это выгодно, – отозвался Гоша.

Пока Даша бродила по кухне и повсюду заглядывала, кухонная Надя наблюдала за ней с затаенным злорадством.

Больше всего ей хотелось, чтобы сейчас вернулась Суповна и, застигнув Дашу за изучением ее ящичков, устроила бы ей секир-башка.

Но произошло необъяснимое чудо. Даша, казавшаяся на первый взгляд особой капризной, вдруг взяла тряпку, ведро и без всяких понуканий стала мыть пол в столовой. И мыла очень толково и умело, не размазывая грязь, но и не устраивая потопа.

Именно за этим занятием ее и застала вернувшаяся Суповна. Застыла, словно не веря своим глазам, с минуту смотрела на Дашу с непонятным выражением, а потом бросилась обнимать, грозя раздавить насмерть в медвежьих объятиях.

В глазах у Суповны стояли слезы.

– А я уж думала: нету больше таких людей! Смена! Смена растет! – бормотала она.

Кухонная Надя попыталась осторожно проболтаться, что Даша шастала по ящикам, и услышала в ответ:

– Давно пора порядок навести! Ты, грязнуля, годами туда не залезаешь! Тебе только тараканов разводить!

Надя чуть не взвыла от обиды, потому что это сама Суповна не залезала в ящики годами – и другим не разрешала.