Движение к цели

Деби-и-илы, как любил говорить Михаил Николаевич Задорнов.

— Ну, я не знаю. Конь так сказал. Он может и напутать чего или вообще сам придумать. Тот ещё дурачок.

— Конь-огонь, — хмыкаю я.

— Интересно, а Каха сам будет на эти дела ходить?

— Не могу сказать, — пожимает плечами Андрей. — Вполне может. К тебе-то за чиром он лично пришёл. Пацанов сейчас мало, ты всех повыбивал.

— В натуре. Как ты столько народу перебил? Не удивлюсь, если в садике тоже твоя работа и с Киргизом. Но я не лезу. Не моё это дело. Захочешь, сам расскажешь.

Может быть, может быть… Снег скрипит под ногами, а уши пощипывает мороз. Холодно. Нам бы до марта дотянуть, а там уж и весна не за горами.

— Вряд ли, — качаю я головой. — Вряд ли он сам пойдёт. Ни ему, ни Рыжему нельзя. Их же опознают, они ведь лично ставки принимают. Если только они абсолютно тупые. Рыжий мог бы, но вот Каха-то осторожный чувак. Ладно, поживём увидим.

Днём я захожу в спортзал.

— Здравствуйте, Глеб Алексеевич, — приветствую я физрука. — Как поживаете?

— Нормально, товарищ подполковник, — улыбается он.

— Ну ты же сам сказал в нашу первую встречу, что подполковник МВД — усмехается он. — Признайся, выпил тогда? Нёс полную околесицу. Трезвый человек такое даже придумать не сможет.

— Шок у меня был, — пожимаю я плечами. — Чуть под машину не попал. Спасибо, что спасли. Я вас тоже когда-нибудь спасу. Так что о своей доброте не жалейте.

Он только головой качает.

— Ну что, будем занятия проводить? — спрашиваю я. — У меня тренер есть, огонь просто. Поговорили с директором?

— Нет, не поговорил. Хотел, но пока передумал. Если скажет, что нельзя, то уже как-бы и всё тогда. Назад пути не будет. А так, может и не узнает. У нас всё равно здесь два раза в неделю гандбол проходит. Где два, там и пять. Короче, давай своего спеца.

— Я знал, что вы нормальный мужик. Я сегодня с ним встречаюсь и тогда уже будет ясно, что он и как. Он хорошо знает боевое самбо, но типа не хочет давать в руки оружие тем, кто не имеет на это право. Но я так думаю, можно начать и со спортивного, а потом уже его немного дожать. Получше узнаем друг друга, он на нас посмотрит, поймёт, что мы никакие не разбойники. Единственное, если он согласится, надо будет форму нормальную покупать, а то он с экскрементами сожрёт. Вы сами-то будете заниматься?

— Конечно, буду. Пускал бы я вас, если бы сам не планировал заниматься.

— Ну, лады, значит. Завтра доложу что к чему. Гандбол сейчас по каким дням?

— Понедельник и среда.

На следующей перемене я подхожу к Ширяеву.

— Юрок, как делишки? — спрашиваю я.

— Да, путём всё. А у тебя?

— Нормас. Я тут спросить у тебя хочу.

— Ну только между нами. Не трепать, лады?

— Могила, — отвечает он, щёлкает, зацепив ногтем большого пальца верхний передний зуб и тут же проводит рукой по горлу. — Б*я буду.