Движение к цели

Все взбудоражены и полны оптимизма, даже физрук поддаётся общему настроению и фантазирует, каким он будет крутым самбистом. Ну что же, поживём — увидим. Мне боевые соратники не помешают. Пора сколачивать собственную банду. Олимпийский резерв.

Распрощавшись со всеми, я иду в бар. Ну куда же ещё. Официально Олимпиада стартует только завтра, но сегодня уже будет игра. Наши раскатают японцев со счётом 16:0. Я ставлю полтинник на 15:0, а Лида должна была поставить десятку на 5:0.

— Ну что, какой пул? — спрашиваю я у Кахи.

— Меньше трёхсот рублей на сегодняшнюю игру. Чё-то мало.

— Ничего. Просто сегодня матч неинтересный. Никакого азарта. Ещё войдут во вкус. На игры фаворитов ставки принимаете?

— Вот вы даёте. Обязательно принимайте на Чехословакию, Канаду, США, Финляндию и Швецию.

— Тоже на счёт? — спрашивает он.

Ну хорошо, хоть спрашивает.

— Можно и на счёт, но там больше будут ставить на победу.

Из зала доносятся звуки разбившейся посуды и громкие голоса.

— Да, — соглашается Каха, — на победу, на ничью, на проигрыш.

Я киваю и, привлечённый шумом, выглядываю из-за ширмы. И оттого, что я вижу груди вспыхивает огонь и начинает раскручиваться маховик ярости.

— Ты, сука, нах! — склонившись над Лидой практически кричит Рыжий. — Ты кому это сказала, на?! Да я тебя сейчас в рот…

Не дожидаясь развязки, я выскакиваю из-за ширмы и направляюсь к ним.

19. Осмотрен, опечатан, доставлен. Я твой

Я подлетаю к столу и оказываюсь за спиной у Рыжего, но Лида пока неплохо справляется и без меня.

— Не побоишься? — спрашивает она с улыбкой и широко открывает рот, сверкая белым перламутром аккуратных красивых зубов.

Не готовый к такой реакции, Рыжий зависает, соображая, как на это реагировать. А она, тем временем, берёт его левую руку и с обворожительной улыбкой подносит к своему рту. Лида отгибает его средний палец и берёт его в рот, но лишь затем, чтобы в тот же миг с силой сомкнуть челюсти.

Она тут же выпускает надкушенный палец и повторяет вопрос:

— Не побоишься вложить мне в рот самое дорогое, что у тебя есть?

Рыжий орёт и автоматически замахивается правой рукой. Правда, ударить он не успевает, потому что я стою сзади и ловлю его руку. Я резко разворачиваю его к себе лицом и едва сдерживаюсь, чтобы не врезать головой в нос. Вот же тупорылая скотина. Ну почему ты такой идиот? Ну как же ты не поймёшь, что нельзя так делать?

— Отойдём, — предлагаю я, но он не может мне ответить, потому что, как в мультиках, когда кто-нибудь глотает динамитную шашку и та взрывается внутри, он не может удержать в себе боль, досаду, недоумение и жгучую обиду.

Он начинает гудеть, как паровоз или даже огромный атомный ледокол «Ленин». Когда же трубное гудение превращается в вой, я беру его за шиворот и утаскиваю за ширму..