Движение к цели

Так почему бы нам не попробовать и не начать именно с Егора Брагина? Я уже переговорила с руководителем городского комсомольского штаба, и получила хорошую характеристику на Егора. Так что, друзья, давайте без лишних формальностей проголосуем за его включение в качестве внештатного члена бюро. Но сначала, разумеется, спросим мнение товарища Крикунова, который знает Егора лучше нас всех. Самого Крикунова, думаю, представлять не нужно. Это наш с вами боевой товарищ, можно сказать, оступившийся, но не потерявший комсомольского задора.

Понятно, значит, школа — это ссылка.

Он встаёт и начинает задвигать, какой я надёжный, ответственный и преданный делу Ленина. Может же, когда захочет, змей…

В общем, все голосуют единогласно. И это означает, что раз или два в месяц мне нужно будет бросать всё и лететь на заседание. Однако…

Мой вопрос оказывается последним в повестки и после оглашения всех решений, заседание объявляется закрытым.

— Это что за херня? — шепчет мне Крикунов. — Что за херня, Брагин?

Ну как тут объяснить?

Первый секретарь после заседания подходит прямо к нам.

— Ну что, — говорит она, рассматривая меня, — я Новицкая Ирина Викторовна.

Она протягивает руку, и я деликатно её пожимаю. Я тоже её рассматриваю. Вблизи она ещё красивее.

— Сколько тебе лет? — спрашивает она.

А тебе? мысленно задаю я вопрос.

— Ну что же, Егор. Нам надо с тобой поближе познакомиться.

— Я совсем не против, — с готовностью говорю я и широко улыбаюсь.

Боюсь только, улыбка получается чересчур плотоядной.

— Ну хорошо, — усмехается она. — Слыхали мы такое. Да, Андрей Михайлович?

Он краснеет и на этом всё заканчивается.

— И почему ты мне ничего не сказал? — накидывается он на меня, когда мы выходим из горкома.

— Так что я мог сказать? Я сам был огорошен!

— А про помощь милиции почему не сказал?

— Так это… — соображаю я, что бы соврать, — операция засекреченной была, о ней нельзя распространяться. Да я и не думал, что тот парень из горкома партии окажется.

— Ясно всё с тобой. Бестолочь ты и есть. Смотри, с Новиковой поосторожнее. Проглотит и не подавится. У неё знаешь кличка какая?

— Откуда мне знать, Андрей Михайлович?

— Клеопа. Это в честь Клеопатры. Улавливаешь почему?

— Нет, — делаю я вид, будто не улавливаю.

— Потому что ведёт себя, как самка богомола. Ну да тебе ещё, пожалуй, рано такие вещи понимать. Просто держись от неё подальше и всё.

Похоже, кто-то за аморалку полетел. Забавно да? Аморальное поведение? Иди в школу, детей учи.

Мы прощаемся и я иду домой. Ну что же, нужно подумать, как можно применять своё новое положение. Разумеется, эта должность, или как это назвать, никаких сиюминутных выгод не даёт. Зато при поступлении в ВУЗ и устройстве на работу плюшки обеспечены.

Размышляя, я подхожу к дому.