Движение к цели

Пока она идёт от стола к трибуне с гербом СССР, стоящей здесь же на сцене, зал снова начинает гудеть, поскольку никаких интересных событий, не говоря уже о зрелищах, на сцене не происходит.

— Товарищи, — снова встаю я, и говорю строгим голосом с недовольно-репрессивными интонациями, как прожжённый аппаратчик. — Прошу вас проявлять уважение и не тормозить ход собрания. Давайте все мы настроимся на конструктивную рабочую волну и выработаем необходимые решения, как можно скорее. Соблюдайте тишину, пожалуйста.

Гул снова смолкает и Куренкова начинает свой экспромт. Как говорится, «я чихнул и начал свой привет. С Новым годом, тётя Хая…»

После собрания Крикунов идёт её провожать. Перед тем, как уйти, она прощается со мной.

— Где это ты, Андрюша, такого орла взял? — спрашивает она у Андрея Михайловича.

— Выпестовал, Валентина Романовна, создал, как демиург, — отвечаю я. — Из подручных материалов.

— Далеко пойдёшь, Брагин, — качает она головой и пристально смотрит.

— Если позволите, — улыбаюсь я, — как-нибудь при случае я вам напомню эти слова.

Перед тем, как бежать к капитану, я заскакиваю в бар. Думаю, идея у меня верная.

— Альберт Эдуардович, — прошу я, поприветствовав бармена и руководителя этого «царства разврата», — Продайте, пожалуйста, бутылочку чего-нибудь хорошего, но не оголтело импортного. Умеренно-прекрасного, но доступного по цене простому советскому школьнику.

Он молча выходит в служебное помещение и возвращается с бутылкой. Повертев в руках, он ставит её передо мной на стойку.

— Двадцать пять, — говорит он голосом, лишённым эмоций.

Двадцать пять за «Слънчев бряг»? Жук вы Альберт Эдуардович. Ну да ладно, могло быть и хуже. Я отдаю деньги и забираю бутылку, завернув в серо-бежевую бумагу, любезно предоставленную барменом.

Кахи с Рыжим нет. Попрощавшись, я иду на выход и, как всегда, сталкиваюсь с ними обоими на ступеньках. На Кахе точно такая же куртка, как и у меня. Красная с белыми вставками и гербом СССР на груди.

Они останавливаются и смотрят на меня, как на приведение. Не ожидали увидеть?

— Здорово, орлы, — улыбаюсь я. — Смотрю, Андрюха, ты решил в нашу команду влиться?

— Чего? — хмурится он.

— В олимпийскую сборную.

— Ты где куртофан взял? — спрашивает он.

— В Лейк-Плэсиде, ясен пень. Там же, где и ты, по ходу. Хотя нет, точно, тебе батя подогнал, мажор.

— Чего? — снова тянет он.

— Ладно ребята, очень хочу с вами поговорить, вот прямо очень, но некогда. Не забыли, скоро игра уже? Ладно, бывайте. Увидимся. Кино, кстати, хорошее было. Жизнеутверждающее. Обязательно сходи, Рыжий. А потом обсудим.

Он ничего не отвечает, но смотрит неприязненно. Ну что же, насильно мил не будешь.

Придя в милицию, получаю пропуск и поднимаюсь в кабинет Артюшкина.