Двойные листочки (СИ)

Трофимов, конечно, тут же нарисовался рядом, и у Пети опять разгорелось раздражение в груди. Неожиданно он почувствовал, как его тронули за плечо.

Петя обернулся и удивлённо поднял брови. Перед ним стоял Низовцев… с жёлтой гитарой. Он махнул ему подбородком в конец класса.

— Пойдём сыграем. Музыкальное сопровождение не помешает, нам всем нужно взбодриться.

Петя продолжал удивлённо на него смотреть.

— У тебя сегодня с собой гитара?

— Не только сегодня. Она всегда здесь. Во время учёбы я храню её в школе, — ответил Ваня немного напряжённо. — Чтобы… не отвлекаться.

— Ясно, — ответил Петя и бросил беглый взгляд через плечо. Играть ему не хотелось, о чём он и сказал.

Ваня слегка хмыкнул.

Петя нехотя пошёл за ним через класс, хоть и не понимал, почему вдруг Низовцеву приспичило играть именно сейчас, учитывая, что речь о музыке и Зиновьеве они после той беседы на перемене больше не заводили и ни разу не репетировали. Одноклассники и Яна Сергеевна не обратили на них никакого внимания — все разбились небольшими кучками, каждый занимался своим делом — кто-то вешал гирлянды на окна, кто-то украшал мишурой подоконники, Яна Сергеевна оформляла стол учителя, Закиров и Кулик собрали-таки большую ёлку, и теперь ребята вешали на неё игрушки, которые им подавали Вика и Трофимов.

Петя никак не мог понять, почему у него так саднит горло и куда улетучилось всё его настроение. Он подключил для Низовцева пульт и молча смотрел, как тот подключает к усилителю гитару. В этот момент в классе погас свет — ребята проверяли, как смотрятся гирлянды на ёлке и окнах. Кабинет погрузился в мягкий тёплый полумрак.

— Оставьте так, — крикнул Ваня Ксюше, которая собиралась включить обратно верхний свет.

Все посмотрели на них и радостно зашумели. Ваня проверил струны и стал настраивать гитару. Петя уже пошёл было мимо него к остальным, но Ваня преградил ему путь.

— Низовцев, не верю, что говорю это, но сейчас не до музыки. Нужно поскорее разделаться с украшениями и… разойтись по домам, — проворчал Петя, пытаясь его обойти.

— Подстучи мне, пожалуйста, первую песню, — сказал Ваня тихо. — Боюсь сбиться.

Петя удивлённо поднял брови. Любопытное заявление.

— Что это за песня такая, на которой ты боишься сбиться?

Ваня поднял уголок губ.

— Ты наверняка её не знаешь, просто подстучи мне тарелками вот так. — И Ваня заиграл на одной струне, показывая Пете ритм. Петя продолжал упрямо стоять и смотреть на Низовцева. Ваня делано округлил глаза.

— Не говори мне, что ты сегодня без палочек.

Петя хохотнул и, запустив руку во внутренний карман пиджака, продемонстрировал палочки Низовцеву.

— А теперь в два раза быстрее.

Петя инстинктивно послушался, и Низовцев одновременно с ним заиграл. Петю обожгло огнём. Проклятый Низовцев.