Двойные листочки (СИ)

Мне нравилось играть вместе с ним, это было… — Ваня помедлил. — Это было счастливое время. А потом он уехал. После его отъезда я не хотел притрагиваться к гитаре, чтобы не расстраивать маму, но… Ничего не смог с собой поделать. Я знаю, что кое-что у меня неплохо получается. Но к Зиновьеву я не хотел, боялся, что маму это расстроит.

— Но теперь ты передумал? — с сомнением спросил Петя.

— Не то чтобы передумал. Скорее смирился с тем, что, похоже, и так неизбежно бы случилось. Даже смешно. — Ваня горько улыбнулся.

— Но если твой отец уехал, почему ты так стремился поступать за рубеж?

— Ну, во-первых, мне хотелось сделать то, чего не сделал отец, — вернуться. Дело принципа. Во-вторых, зарубежный вуз казался мне какой-то голливудской мечтой — стоит туда поступить, как все проблемы решатся. Казалось, что здесь нет таких перспектив. Но проучившись с вами полгода, я понял, что уезжать необязательно, здесь тоже есть место… Деньгам. Успеху. Ваши родители же как-то зарабатывают, не так ли? Ну а в-третьих… Я пытался наступить на горло своей любви к музыке, заменить её учёбой. По понятным причинам. Я не хочу быть похожим на отца, но, кажется, есть вещи, которые…

— Которые у тебя в крови. — Петя понимающе кивнул. Мда, вот так история. Если и существует судьба, то она сыграла с ними очень весёлую шутку. — А если мы не поступим? — спросил он и почувствовал, как у него защемило сердце от собственного вопроса.

Ваня посмотрел на него и твёрдо сказал:

— Мы поступим. Другого варианта теперь нет. Ни для тебя… Ни для меня.

— Но ты же всё равно подал документы вместе со всеми, кто претендует на зарубежные направления, я видел списки.

— Да. Но если мы поступим, я не уеду. Мама будет этому рада, хотя новость про Зиновьева, скорее всего, её шокирует. Яна убедится в серьёзности моих намерений, ну а я… — Ваня провёл рукой по грифу гитары. — А я буду заниматься тем, что люблю.

Петя кивнул и сел за ударную установку.

— То, что ты играл, когда я вошёл, — звучит неплохо. Это и есть твоя песня?

— Да, но я пока не придумал, как сыграть в конце. И слова — припев не совсем ложится на музыку, кажется, надо подобрать другой ритм.

Ваня протянул ему телефон, и Петя пробежал глазами по строчкам. Да, Низовцев не зря самый крутой в кабинете литературы.

— Напой, как ты это представляешь.

Ваня напел куплет. Петя кивнул.

— Что-то в этом есть. Начнём с начала. Сыграй, как там было.

Ваня сыграл первый куплет, и ещё раз — уже вместе с Петиной импровизацией. Когда они остановились перед припевом, Ваня сказал с довольной ухмылкой:

— С тобой звучит получше.

Петя тоже усмехнулся.

— Получше. Звучит, как надо, потому что теперь это не сопли, а музыка. — Петя снова посмотрел слова. — Припев не ложится на такой ритм, ты прав.