Джеймисон Майлз

К горлу подкатывает комок: наконец-то у меня открылись глаза на наши отношения.

Напоследок я окидываю студию долгим взглядом, а Робби продолжает играть на «ПлейСтейшен».

Понимаю: это тот самый момент, когда я решаю для себя, чего стою и чего достойна. И чего на самом деле хочу от жизни.

Я не могу спасти Робби… если он сам не захочет спасти себя.

Мне нужно, чтобы рядом был человек, который готов расти вместе со мной. Хотя я пока не знаю, к чему иду. Но точно не желаю застрять здесь, в гараже его родителей.

Больше не понимаю, что за человек рядом со мной. Ясно одно: я не та женщина, которая ему нужна.

Я та женщина, что хочет жить в Нью-Йорке и делать работу своей мечты.

Меня переполняет печаль. Однако я понимаю, как сейчас поступлю.

Подхожу к Робби и снимаю с его головы наушники.

Он пристально смотрит на меня.

– Ты лучше, чем пытаешься сейчас казаться, – говорю я тихонько.

Робби сжимает челюсти так, что ходят желваки от напряжения.

– Робби, – шепчу я. – Ты можешь больше, чем просто быть бывшей звездой футбола. Тебе надо поверить в себя.

Его глаза ищут моего взгляда.

– Пойди и обратись за помощью к психологу. – Я оглядываю его студию. – Не для нас. Нам уже ничего не поправить, но это нужно тебе самому.

Опустив голову, Робби сидит, уставившись в пол. Я беру его руку в ладони.

– Поехали со мной, – шепчу я в последний раз. – Прошу же, Робби, давай выбираться отсюда… Если не ради меня, то хотя бы ради себя.

Мои глаза наполняются слезами, я наклоняюсь к нему и мягко целую. Провожу пальцами по его щетине на подбородке и смотрю прямо в глаза.

– Пойди и найди то, что сделает тебя действительно счастливым, – шепчу я ему.

– Ты тоже, – тихонько отвечает мне Робби. Голос у него грустный. Я понимаю, что он даже не в силах со всем этим бороться. Он осознает, что наше расставание – к лучшему. Оно полно какой-то сладкой горечи. Я улыбаюсь и нежно целую Робби в последний раз. Слезы катятся по моим щекам.

Сажусь в мамину машину и еще некоторое время смотрю на дом, где живет Робби.

Все прошло намного легче и намного тяжелее, чем я себе представляла.

Я медленно жму на газ и выезжаю на дорогу. Не отпуская руль, на ходу вытираю слезы плечом и понимаю, что очередная глава жизни закрыта.

Еду вниз по дороге и долой от Робби Макинтайра.

– Прощай, Робби, – произношу я громким шепотом. – Когда-то нам было хорошо.

– А как вы думаете, что случилось бы, если бы вы сообщили в полицию о своих подозрениях? – спрашиваю я.

– Ничего. Совершенно ничего, – отвечает хрупкая старушка. Ей, должно быть, лет под девяносто. Ее седые волосы уложены идеальными горизонтальными волнами в стиле ретро, а платье – восхитительного лилового оттенка. – От полицейских толку нет.

Я прилежно записываю ее ответы в блокнотик.