Её двойная тайна (СИ)

И от этого становится ещё больнее. Потому что любовь всё ещё есть, пусть смешанная с болью и предательством, но есть. А пути назад уже нет…

Вечером Нина и Вениамин накрыли для нас праздничный ужин, чтобы отпраздновать начало своей семейной жизни. Потом Нина собрала вещи и уехала в дом к мужу.

Ну а мы с мамой остались вдвоём. С одной стороны я была очень рада за подругу, а с другой я так привыкла что мы с ней вместе, словно сёстры, что мне было немного грустно.

— Какие ребята молодцы, что поженились, — похвалила их мама, когда мы уже собирались спать. — Я так за них рада.

— Я тоже рада, пусть хоть у них всё будет хорошо, — с нескрываемой ноткой грусти произнесла я.

— Всё ещё страдаешь по Роману? — спросила мама.

— Как-то грустно от того, что моя семейная жизнь оказалась фарсом, — я положила руку на свой уже довольно большой живот. — Но я благодарна ему за детей, если бы не он, то их бы у меня не было.

В этот момент я почувствовала резкую боль в животе, что аж перехватило дыхание.

— С тобой всё в порядке? — заметив это, спросила мама.

— Не знаю, — я пожала плечами, — просто сегодня как-то поясницу тянет и низ живота.

В этот момент я снова почувствовала, как живот сжало. И тут я поняла, началось. Ещё немного и мои девочки появятся на свет…

В то утро, 5 апреля в четыре часа с разницей в пять минут у меня родились две прекрасные дочки. Несмотря на то, что роды были первые, и рожала я двоих детей, всё прошло легко и без осложнений. И вот, спустя восемь часов схваток и ожидания, я прижала к груди своих малышек.

Что я испытала тогда невозможно передать никакими словами. Это такой взрыв чувств и эмоций, которые накрывают тебя, когда впервые видишь своего ребёнка.

Это нежность, радость, любовь, но в то же время тревога и опасения. По сути, мои малышки только появились на свет, а мне уже тревожно за них. И хочется тут же защитить их ото всех бед, несчастий, болезней. Хочется чтобы они не испытывали боли и разочарований. Чтобы их путь состоял только из счастья и любви.

Я смотрела на дочек, а из глаз ручьями текли слёзы. Слёзы радости и умиления. Слёзы с примесью боли. Как же мне сейчас хотелось, чтобы их папа ждал их по-настоящему, чтобы потом забрал нас из роддома.

Как и я создавал для них мир любви и счастья. Был для них защитником и любящим отцом.

Но, увы, такого никогда не случится. Потому что по планам отца моих детей я их даже увидеть не смогла бы. Нас бы сразу разлучили. И сейчас вместо слёз радости я бы лила слёзы боли, думая, что моих малышек нет в живых.

От этих мыслей мне становилось страшно и больно. И я в очередной раз убедилась, что всё сделала правильно.

Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы мои дочки росли самыми счастливыми на свете.