Его любимая грешница

– повторяет малышка с придыханием.

– Но запомни, – я резко вставляю в нее один палец, заставляя снова вскрикнуть и впиться на меня широко распахнутыми глазами. – Ты всегда можешь остановить меня или притормозить. Если ты хочешь продолжить сессию, но мне следует быть немного мягче или прекратить делать то, что я делаю в данный момент, – скажи «оранжевый».

– Хорошо... – лепечет она.

– Если же мне нужно полностью остановить сессию – скажи «красный».

– При этом, – замечаю я строго. – На меня не подействуют иные твои просьбы, слезы, всхлипывания, проклятия и попытки вырваться, ты поняла?!

– Угу, – всхлипывает Вика.

– Отлично, – ухмыляюсь я и вытаскиваю из нее палец, тут же облизывая и языком тщательно вычищая из-под ногтя ее соки: – Ты вкусная.

Она смотрит на меня и задыхается, а я буквально пожираю ее нетерпеливым взглядом хищника, а потом хватаюсь за рычаг, чтобы привести механизм в действие и повернуть девчонку вниз головой и вверх ногами.

Один только вид обнаженной и распятой на андреевском кресте малышки заставляет меня чувствовать себя сумасшедшим, безумным... Ее горьковатый пот и густая, соленая на вкус смазка лучше всех афродизиаков. Член стоит колом и до боли упирается в ширинку джинсов.

У меня есть час – и я собираюсь по максимуму использовать его. Моя непослушная малышка будет стонать, кричать и просить еще, снова и снова...

Но сначала я накажу ее – как и обещал.

Предвкушение долгой сладкой пытки расходится по моей коже мурашками. Чтобы вернуть контроль в перевозбужденное тело и воспаленный разум, я отхожу от креста на несколько шагов, внимательно рассматривая подвешенное вниз головой женское тело.

Кровь прилила к ее лицу, щеки покрылись румянцем, глаза блестят от слез в красном полумраке приват-комнаты. Пухлые губы приоткрыты, дыхание частое и прерывистое. На шее бьется бешеным пульсом тонкая голубая венка. Грудь вздымается с каждым вдохом. Длинные изящные ребра так четко проступают через влажную от пота кожу, что можно пересчитать пальцами. А волосы – длинный каскад белоснежных волн, – так контрастирует с темным полом камеры пыток, что кажется – это ангел спустился с небес и застрял здесь, запутался в черных кожаных ремнях, пришпиленный к жесткому кресту, обнаженный и такой соблазнительно-невинный.

Я быстро сглатываю, пропуская через горло тяжелый ком. Я обещал наказать ее – и я точно знаю, что это будет порка.

Вот только что выбрать? Мне уже приходилось пороть малышку – но это было в домашних условиях, и я использовал тогда собственную ладонь. Сегодня же в моем распоряжении – больше десятка девайсов. Пальцы сами собой скользят по стеллажу с ударными инструментами, задумчиво выбирая...