Экспертиза любви

Когда грузчики ушли, Людмила Васильевна домыла набело полы, прошлась тряпкой по новой полировке, растворила в комнате окно и ушла. Лена с удивлением увидела, что солнце уже не стоит над верхушками тополей, а пылает где-то сбоку.

— Еще только пять часов, а солнце уже садится?

— Это потому что мы в низине, — ответил Рябинкин, присев на подоконник, — будто на берегу моря. Там всегда кажется, что солнце заходит раньше, чем на равнине.

Людмила Васильевна, уже собранная, чтобы идти домой, снова заглянула в комнату.

— Если столы и стулья заносить сегодня не будем, я ухожу. У меня и так спина после этих трудов разваливается.

— Ну хорошо, идите. Я сам занесу, — Петя привстал с подоконника, на котором сидел, чтобы с ней попрощаться. — Я бы хотел, чтобы на завтра у нас осталась еще одна учебная комната, и все.

Людмила Васильевна растерла поясницу и вздохнула:

— Ну заносить так заносить. Мы с вами — столы, а девушка — стулья.

Через полчаса вся комната полностью заполнилась мебелью, и Людмила Васильевна теперь с чувством выполненного долга наконец ушла.

Лена, уже тоже переодевшаяся в свое ярко-синее платье, снова заглянула в учебную комнату и увидела в ней Петра Сергеевича, сидевшего за учебным столом с мечтательным видом. Она не выдержала и вошла. Петя молчал и чему-то улыбался. Она прошла и села за другой стол. Через открытое окно с улицы тянуло прохладой, и Лене даже показалось, что откуда-то с земли донесся запах цветов и трав.

— Странно, комната стала даже тесноватой, а кажется пустой, — осмотрелась она.

— Это потому что в шкафах нет ни книг, ни методичек, ни учебных пособий, — улыбнулся ей Рябинкин. — Но потерпите немного. Все это, как говорят в Одессе, есть у меня.

Лена сидела молча, не зная, что сказать. Просто так встать и уйти домой было неудобно.

— Вы меня спрашивали про специальные шкафы, — вспомнил Петя. — Я вам расскажу, что я задумал. Только вы первая расскажите мне, как у вас проходило занятие по осмотру трупа на месте его обнаружения, когда вы были на пятом курсе?

— А я не помню, — сказала Лена. — Мне только кажется, что это занятие у нас называлось по-другому. «Осмотр места происшествия».

— Такого не может быть, — поморщился Петя. — «Осмотр места происшествия» изучают в юридических институтах, в школах милиции. Потому что место происшествия — это место, на котором что-то произошло. Например…

— Убийство? — хотела подсказать Лена.

— Кража, — закончил свое предложение Рябинкин. — Это может быть комната, в которой заключались фальшивые договора на покупку квартир, или подпольный цех по изготовлению фальшивых купюр. Или мастерская, где вьетнамцы шьют джинсы и приделывают к ним лейбл «Levi’s», — на это нам наплевать. Нас, как судебных медиков, интересуют биологические объекты.