Экспертиза любви

— Точно! — вдруг вмешался шофер. — Я, когда сюда ехал, его объезжал.

— Да какой, на хрен, люк? Старушка повесилась. Едем в центр города. Внук пришел бабушку навестить — старушка в петле. Все дела.

— А-а-а, — протянул Саша. — Это хорошо. А то я сегодня днем чуть ногу не сломал, когда на происшествие и осмотр с парнем из седьмого отделения ездил. Подвернул, наверное. Болит.

— Что нога? — опять вмешался шофер. — Я прошлый раз башку чуть не сломал, когда у нас машина застряла в яме. Парни как раз толкнули, а я в окно высунулся, смотрел, чего они под колеса подсунули. Так об раму головой треснулся, чуть из кабины не вылетел. Хоть бы сказали, му…ки, что они сейчас толкать будут!

— Да ладно тебе, это в прошлом году уже было!

— А не важно когда. Башка с тех пор все равно болит.

Некоторое время ехали молча. Мурашов откинул голову на спинку сиденья и вдруг захрапел. Саша, который сидел сзади, равнодушно смотрел в окно. Но поскольку он все равно не мог увидеть в темноте ничего, кроме проносящихся за бортом фонарей, Саша думал о своем. Мысли его вяло переносились от воспоминаний об отце (интересно, уехал ли батя снова на дачу, зная, что Саша не придет ночевать), к сожалению, о том, что он не смог сегодня зайти к матери, хотя собирался. Эти дни один за другим выдались такие суетливые, что времени не было совершенно. Еще откуда-то снова примешалась мысль об этой рыжеволосой девчонке, но Саша отогнал ее с неудовольствием, заодно снова вспомнив и Соболевского, и огни его машины возле остановки. И вдруг, совершенно, казалось бы, не в связи с чем-либо, подумал: «А интересно, в случае у Витьки Извекова из какого оружия был произведен выстрел?»

Саша подумал об этом машинально и даже без особенного интереса. Ну может же человек о чем-нибудь вдруг подумать, и все. Но эта мысль Сашу почему-то зацепила. Он попробовал вспомнить, а что он слышал об этом извековском огнестреле? Это вдруг стало казаться ему важным. Саша прекрасно знал эту особенность человеческого мозга — сначала собирать информацию, а потом подспудно, незаметно для человека отсортировывать самое важное по крупицам. При этом нельзя ни ограничивать мыслительный процесс — отгонять от себя мысли, которые почему-то кажутся ненужными, ни, наоборот, — пускать процесс на самотек. Ассоциации могут навести на правильную дорогу только тогда, когда они ограничены некоей задачей, а не льются свободно в океане бессмысленных сожалений, воспоминаний и обид.

— Ничего особенного. Выстрел с неблизкого расстояния.

— А снаряд? — еще спросил Саша.

— Пулю нашел. Револьверную. Семь шестьдесят два. Следователю отдал. Это не наше. Пусть несет к баллистикам. Скорее всего, оружие нестандартное. На пуле — царапины, видны невооруженным глазом.