Экспертиза любви

Мне в «Скорой» сказали, что если она… все равно умерла, то они сами позвонят…

— А вы что, навестить бабушку всегда так поздно приходите? — спросил Мурашов.

— Да я не навестить… Я с ней живу.

— Живете… Ну что там? — Мурашов наклонился к Саше. Тот вынул ножницы, аккуратно разрезал сбоку петлю. Отдал ее следователю. Нежно повернул голову старушки вбок. Показал Мурашу след от петли.

— Смотри. Странгуляционная борозда. Выражена не очень заметно, но и петля скорее мягкая, чем жесткая, — Саша кинул внимательный взгляд на поясок. — Дай посмотреть — петля скользящая. Да еще и двойная, кажется?

Мурашов тоже посмотрел на петлю.

— Ну вот. Это тебе не проволока. Такие петли грубых следов не оставляют. Расположение борозды косовосходящее, переднее, типичное, что соответствует вообще-то версии, что старушка повесилась сама. Правда, вот валика от двойной петли я не вижу, но… старушка худенькая, легонькая… Божий одуванчик. Мог быть и не выражен этот валик. — Саша вынул термометр, посмотрел на часы, зафиксировал время, измерил, записал температуру. Оба они, он и Мураш, встали с корточек, отошли на шаг, еще раз посмотрели на повесившуюся. Лицо ее не было синим. И язык не был высунут, вопреки всем расхожим представлениям, что он обязательно высовывается при такой смерти. Она действительно была безобидна и как бы пушиста. Правильно Саша определил «божий одуванчик».

— Сколько ей было лет? — спросил следователь.

— На вид выглядела моложе, — заметил Мураш.

Саша поднял старушке веки, осмотрел глаза.

— Кровоизлияния в конъюнктиву, — заметил как бы себе.

— Это что? — испугался Мураш.

— Нормально, так и должно быть. — Саша еще отметил слегка влажные на бедрах гамашки, окончательно захлопнул свой блокнот и снял перчатки.

— Ну, зови водилу, забирай. Или вызывай перевозку.

— А куда ее? — заволновался внук. Был он парень такой же аккуратный, светленький и будто воздушный. Такой же, как бабушка. Они, наверное, в молодости были на одно лицо.

— Вскрытие надо сделать, — пояснил Мурашов.

— Что вы! Она же верующая была! Она бы с ума сошла, если б узнала, что ей будут делать вскрытие.

— Верующая — а повесилась, — заметил Саша.

— Я вас отблагодарю, только не надо вскрытия! — Внук стал доставать из карманов деньги. Саша уже заметил протянутую руку Мурашова.

— Вова! — Попов легонько обнял Мураша за талию. — Сейчас нельзя. Вези. — Мурашов вопросительно и с неудовольствием повернул к Саше голову. Тот еле заметно в ответ покачал своей. — Надо вскрывать, — тихонько одними губами сказал он.

— Ну че ты? Ведь косовосходящая же борозда? — прохныкал Мураш.

— Если что пропустишь — оно потом все равно где-нибудь обязательно выплывет, — так же тихо сказал Саша.