Экспертиза любви

— Хорошо, как освобожусь — приеду. — Отцу Саша пока не сказал, что собирается сегодня навестить маму. В раздумьях о ней он пришел в секционную уже тогда, когда Соболевский почти закончил свой случай.

— Что-нибудь интересное? — Саша подошел к его столу.

— Ровно ничего. Раневой канал сзади — наперед, наискосок и немного сверху вниз.

— Но это точно огнестрел? — Саша вдруг вспомнил о своих неясных сомнениях.

— Конечно. Никаких сомнений. Хоть выстрел и с неблизкого расстояния, все равно — все признаки огнестрельного ранения налицо.

— На лице, — заметил Саша.

— На лице, — повторил, хмыкнув, и Соболевский, оценив Сашину шутку, но потом все-таки не выдержал и добавил: — Но если быть точным, то все-таки не на лице, а на затылке. Там, где входное отверстие. Следователь, кстати, мне звонил. Сказал, что мужик этот зачем-то к тому оврагу, где его нашли, на машине приперся. Кто-то, я думаю, его позвал. Но я, естественно, ничего не сказал. Не мое это дело.

— А какая у него машина? — просто так, без всякого умысла спросил Саша.

— По-моему, следователь упомянул «Лендкрузер».

— Черный? — шевельнулось в голове у Саши.

— А на других таких, мне кажется, у нас и не ездят.

— Голову могу дать на отсечение, — сказал Саша, — надо объединять эти огнестрелы. В случае у Витьки — черный джип, здесь — тоже черный внедорожник. А у вашего типа еще и ромашка в кармане была.

— Цветочки, что ли, он в том овраге собирал?

— Вырезанная из бумаги ромашка. Такой же раскраски, что и мои кнопки в деле по ночному ресторану.

— У-у-у, как у нас тут все по-взрослому, — посмотрел на Сашу Соболевский.

Тот ничего не ответил, надел на себя фартук до пола, перчатки и отправился к своему секционному столу.

— Клиентка готова, Александр Анатольевич! — сверкнула ему свежеотбеленной улыбкой сегодняшняя дежурная санитарка Тося — дочка Клавдии — той самой расплывшейся жабы. Но не успели бриллиантовые сережки в Тосиных ушах качнуться в такт ее словам и улыбке, как шум в коридоре подсказал Саше, что он не сразу сможет начать свое сегодняшнее исследование.

— Сюда проходи! — Саша выглянул в коридор и увидел, как Вова Мурашов подпихивает в спину молодого человека, продвигая его таким образом ко входу в холодильную камеру. Увидев Сашу в фартуке, с секционным ножом, молодой человек вообще остановился.

Мурашов на время оставил парня, подошел к Попову и шепнул ему на ухо:

— Слушай, будь другом! Этот парень — и есть тот самый Сергеев А. Л. Я его с таким трудом из института выцарапал — он ехать сюда не хотел. Проведи его в холодильник, покажи ему приятеля, пусть он его опознает, а я протокол оформлю.

— А сам-то чего? — Саша спросил это нарочно. Он-то прекрасно знал, как Мурашов не любит их холодильную камеру.