Елена Троянская

И какое чистое существо не мечтало бы избавиться от власти зла? Она доверила свою участь нашему милосердию. Мы должны защитить ее во имя добродетели и всех богов, которые карают убийство и преступление.

Он подошел ко мне, взял меня за руку и вывел в центр круга.

— Это Елена, Елена Спартанская! Она хочет отречься от союза с Менелаем и стать женой Париса. Неужели мы отвергнем ее, не примем в нашу семью?

Он обнял меня за плечи сильной рукой.

— Подними голову, чтобы они могли видеть твое лицо! — приказал он мне резко: в его голосе не осталось и следа от убеждающей мягкости, которая звучала только что.

Я подчинилась и обвела взглядом присутствующих. Стояла гробовая тишина, если не считать шарканья ног и редких покашливаний.

Приам ткнул меня в бок так, чтобы никто не видел.

— Говори! Теперь все зависит от тебя! — шепнул он мне на ухо.

Как нуждалась я в ту минуту в помощи богов! Но для молитв не было времени. Толпа выжидающе смотрела на меня.

— Сыновья и дочери Приама! — начала я медленно, выигрывая мгновение для раздумья. — Я давно мечтала стоять в Трое, на вершине горы, и чтобы мой плащ развевал знаменитый троянский ветер.

В далекой Спарте ребенком я слушала рассказы о красоте и чудесах вашего города и надеялась, что когда-нибудь увижу их своими глазами.

Почему эти слова сорвались с моего языка? Я почти ничего не слышала о Трое, по крайней мере — ребенком. Я подалась вперед.

— Теперь я здесь, и все именно так, как я себе представляла. Но боги ведут нас непредсказуемыми путями. Я недавно была царицей, а теперь странница в чужом городе. Я приехала, чтобы начать новую жизнь. На моей стороне мой спутник, Парис, который тоже изменил свою жизнь после того, как вы приняли его.

Мы оба рождаемся заново, мы отказываемся от прежних себя, мы стоим на пороге нового мира. Позвольте же нам войти.

Я понимала, что эти слова внушены богами, они не принадлежат мне. Но они прекрасно описывают наше положение. Мы с Парисом стоим перед воротами Трои, стучимся. Войти туда мы можем только рука об руку, ибо своим новым рождением обязаны друг другу, при участии судьбы и страсти.

Молчание сменилось вздохами и одобрительным шепотом.

Приам воскликнул:

— Так вы позволите им войти?

— Да! Да! Да! — раздались дружные крики в ответ.

— Какое новое имя ты выбираешь себе, дочь моя? — спросил Приам. — Парис взял себе имя Александр, хотя мы по-прежнему можем звать его Парисом.

Новое имя… разве я хотела носить другое имя?

— Лебедь, — наконец ответила я.

— Что ж, оно прекрасно подходит к твоей длинной белой шее.

Гекуба неожиданно оказалась рядом с нами. Свое замечание она произнесла голосом, который походил на карканье вороны.