Елена Троянская

Радовался он и тому, что придуманный в свое время ход оказался успешным: образ «самой прекрасной женщины на свете» пустил корни в народном воображении. Отвергнутые Клитемнестрой женихи разносили по разным землям молву о моей красоте, и умами греков овладела навязчивая идея: Елена, царевна Спартанская, является прекраснейшей женщиной на свете. Сразу после обручения Клитемнестры к отцу стали обращаться с вопросами, когда он будет выдавать замуж младшую дочь. Мне было всего одиннадцать лет, и отец, ссылаясь на это, отваживал любопытных, но не потому, что хотел продлить мое детство и пребывание в родительском доме, а потому, что рассчитывал таким образом поднять цену и привлечь больше женихов.

Матушка была добрее, она от всей души хотела, чтобы я подольше пожила дома, с ней. Я обогнала ее ростом — сбылись ее опасения. Однажды она объявила, что я превосхожу ее красотой и что она смирилась с этим.

Глядя мне в лицо, она сказала:

— Сначала матери кажется невыносимым потерять свой венец, отдать его дочери, и она страдает. Но когда наступает срок, все происходит легко и естественно.

И она погладила меня по голове.

— По-моему, твой венец при тебе, — успокоила я ее.

— Я имею в виду не царскую корону, а венец молодости и красоты, моя дорогая. И власти, которую дают только они. — Она склонила голову набок. — Впрочем, возможно, тебе потеря этого венца не грозит. Твоя старость будет иной…

Четыре года спустя, когда мне исполнилось пятнадцать, отец решил, что пора объявить о грядущем замужестве Елены Спартанской и назначить сроки выборов жениха. Я попросила, чтобы перед выборами жениха исполнили один старинный обычай, который иногда соблюдается и в наши дни: бег незамужних девушек. Считается, что начало ему положила невеста Пелопа, бабушка Агамемнона. Накануне своей свадьбы она состязалась в беге с шестнадцатью девушками — в честь богини Геры, покровительницы семейного очага. После состязаний девушки преподнесли статуе богини нарядное одеяние.

Я попросила отца, чтобы он позволил мне отметить этим ритуалом прощание с девичеством и свободой.

— Ты же знаешь, как быстро я бегаю!

— Давай позволим ей, — вмешалась мать и с пониманием посмотрела на меня. — Подарим ей этот праздник. У меня в свое время не было такой возможности.

Она обхватила мое лицо ладонями и добавила:

— Дорогое дитя, ты полетишь, свободная как ветер, вдоль берегов Еврота. Как и подобает тебе.

И она заговорщически улыбнулась мне.

Я поняла ее. Где я была зачата и кем? Лебединые перья до сих пор хранятся в шкатулке, недавно я видела их. Они не утратили ни белизны, ни сияния.

— Сначала ты должна соткать одеяние для богини, — заметил отец.

Мне это было только в радость. Я стала искусной ткачихой, научилась даже выделывать узоры.