Кладбище чужих секретов

 – По дороге ко мне зарули к Вере Комиссаржевской, там дадут нужный наряд.

– К кому? – переспросил я.

– Ваня, – простонала Люси, – ну почему ты такой зануда? «Театр имени трех поросят»! Не самый известный коллектив, но у них интересные постановки. Вера Комиссаржевская там. Понял?

– М-м-м, – протянул я.

– С мужчинами требуется терпение, как у дрессировщика золотых рыбок! – фыркнула Люси. – Записывай адрес! Самый центр Москвы, пять минут езды от моего дома. Надеюсь, помнишь, где я живу.

– Борисовский переулок, – быстро произнес я. – Твой муж расселил двухэтажный особняк, это…"

"– Спасибо, я прекрасно осведомлена, каким образом Жорж приобрел недвижимость, – остановила меня Люсинда. – Тебе следует войти в здание под пятым номером, в котором расположен «Театр трех поросят», и сказать вахтеру: «Мне нужна Вера Комиссаржевская». Он объяснит, куда шагать. Не жуй мочалку, не спи, как всегда, на ходу, не плетись нога за ногу! Давай, давай! Поторопись и получи костюм!

– Куда поторопиться?

– Вава, прежде чем с тобой общаться, следует не только плотно пообедать, но еще и поужинать в придачу! – рассердилась Люси. – Прекрати сыпать вопросами! Поторопись один раз в жизни!

В ухо полетели частые гудки.

– Если не ошибаюсь, – тихо произнес Борис, – Вера Федоровна Комиссаржевская, великая русская актриса, скончалась зимой тысяча девятьсот десятого года. Она служила в Александрийском театре, потом создала собственный коллектив, назвав его «Драматическим театром». Но вряд ли он работает в Москве, и уж совсем из области фантастики предположение, что актриса в нем до сих пор служит.

Глава седьмая

– Закрыто, спектаклев сегодня нетуть, – нараспев произнес дряхлый дедушка, наряженный в ливрею, украшенную шерстяными аксельбантами и галунами. – Следующее представление состоится не знаю когда. Билетов не продают, вход только по приглашениям.

– Мне нужна Вера Комиссаржевская, – объяснил я старичку. – Где ее можно найти?

– Шагайте по коридору, – принялся объяснять дорогу ровесник египетских мумий. – Коридор извивается, вы с ним вместе извивайтесь – и увидите Веру Коми… сь… жев… Вот же имя, язык треснет! Топай, парень!

Впав в еще большее недоумение, я начал «извиваться» вместе с коридором, добрался до двери с табличкой «Вера Комиссаржевская» и постучал. Дверь незамедлительно приоткрылась, раздался старческий, надтреснутый голос:

– Иван Иванов?

– Иван Подушкин, – поправил я.

– Для вас ничего нет, – отрезали в ответ.

Дверь захлопнулась. В твердой уверенности, что некто не пойми какого пола просто перепутал фамилию, я снова побарабанил по двери и, когда она приоткрылась, быстро отрапортовал:

– Иван Иванов.

– Паспорт давайте.

– У меня только права с собой.