Эпоха мертвых. Прорыв

Все и везде принимали их за своих, в чем вскоре сильно раскаивались, но к тому времени сожалеть было поздно.

Результатом этих усилий стало то, что вся наименее заселенная часть области юго-западней Горького-16 перешла под власть бандитов, к тому же неплохо теперь вооруженных, а сам Еременко оказался поначалу желанным гостем в любой из банд. Его принимали, чествовали, много благодарили.

Между тем «команда уродов» разрослась почти до ста человек. Не много, в сущности, с десятка зон, большинство сотрудников предпочло сохранить совесть, а большинство просто ушло, не решившись связываться со «спецами», но и не перейдя на их сторону.

Банда же «уродов» теперь обзавелась своим транспортом, вооружилась, вывезла свои семьи, у кого они были, и превратилась в достаточно организованное, не слишком боеспособное в военном плане, зато абсолютно беспощадное подразделение карателей. В серьезный бой их Еременко посылать бы не стал, не сдюжат они боя, а поручить массовую резню, например, – это запросто.

Кстати, состав «уродов» пополнили небольшим количеством уголовников из числа «сотрудничающих с режимом», превратившихся в смертников в своих освобожденных зонах.

За свою нынешнюю безопасность они были готовы на все, никаких ограничителей у этих нелюдей уже не существовало.

Для повышения палаческой квалификации Еременко стал посылать группы «уродов» вместе с бандитами участвовать в карательных налетах на деревни, которые позволяли себе усомниться в праве бандитов обдирать их как липку, и на этом малопочетном, но полезном поприще «уроды» проявляли себя достойно, действуя изобретательно жестоко и совершенно безжалостно.

Еременко не зря столько времени уделял созданию этого отряда из помойных по сути своей людей. Грядущая немилость у Пасечника вырисовывалась отчетливо, а наличие такого подразделения давало возможность выкрутиться, если, случись, дела пойдут совсем плохо. Можно будет превратиться в самостоятельную единицу на территории, контролируемой Центром, например. Или просто сбежать, на худой конец, и обосноваться где-то еще.

Или, чем черт не шутит, заменить собой Пасечника. Это сейчас все эсбэшники преданы лично ему, а вот «новые уроды» преданы уже Еременко, например.

Была у этого и оборотная сторона. Резко ухудшились отношения с вояками в отряде. Если те поначалу никаких эмоций не проявляли и тот же личный состав Камышовской колонии резали вполне спокойно, то по мере нарастания степени зверства в поведении новых подопечных Анатолия появились трения.